Благословенная тишина. Свет. И Дженсен увидел озирающегося по сторонам Падалеки. Его взгляд быстро пробежался по всем картинам в комнате. Он нахмурился, ничего не понимая, и рванул к выходу, налетев прямо на Дженсена, зашипел, ударившись о коляску, глянул зло и выскочил прочь, даже не извинившись.
А потом началось веселье. Выйти из здания не было ровным счетом никакой возможности, всех посетителей собрали в большом зале, вызывая по одному, спрашивали имя, проверяли документы, фотографировали и снимали отпечатки пальцев, тут же пробивая их по компьютеру.
- Полковник Том Ханнигер, – отрапортовал Дженсен, когда очередь дошла до него.
Его отпечатки на все сто подтвердили его легенду.
«Спасибо, Мэтти, гений чертов!» – усмехнулся про себя Дженсен и отправился в кабинет управляющего, где Падалеки с напарником устроили комнату для допросов. У двери стоял тот же парень, который помог ему на крыльце.
- Ну, чего замер столбом? – гаркнул Дженсен. – Отворяй, давай! Побереги-ка ноги, сынок!
Ему задали несколько вопросов, и Падалеки все это время не отрывал от него внимательного взгляда.
«Чертова ищейка!» – думал Эклз, и картина прожигала в нем дыру.
- Вы не могли бы выключить кондиционер? – Дженсен едва не поднялся и не пнул сам себя за этот вопрос. Крыша и так уже ехала от жары, и сердце гнало по венам кровь с бешеной скоростью, от безостановочного выброса адреналина.
Падалеки явно не вдохновила эта идея, и Дженсен прекрасно его понимал, но все же наплел каких-то причин, подтверждающих необходимость этого действия. Агент вздохнул, с видом человека, идущего на гильотину, но все же выполнил просьбу.
- Вы не могли бы снять аппарат, полковник?
«Ебанные черти!»
Дженсен подчинился, глядя ему в глаза, проигнорировал вопрос второго и обратил на него внимание только, когда Падалеки подал ему знак. Он ответил на вопрос, слушая тихие шаги у себя за спиной, Дженсен ожидал чего угодно, тихого вопроса, подколки, гадости, сказанной о нем, но никак не того, что Падалеки станет ему аплодировать.
«Да чтоб тебя, агент! – подумал он, каким-то чудом сумев сохранить невозмутимость глухого человека. – Разве можно так обращаться с ветераном Вьетнамской войны?!»
Падалеки наклонился над ним близко-близко, так, что Дженсен уловил его аромат. Терпкий запах ударил в нос, посылая совершенно неуместные импульсы в голову и в пах.
«Очень не вовремя!»
Дженсен догадался, что можно нацепить аппарат обратно только потому, что Падалеки придвинул его ближе. Дженсен смотрел на его губы и не понимал ни слова, словно он, и правда, оглох, он даже едва не прослушал вопрос, который ему задал второй. О чем там этот федерал? Где он был?
- Там же, где и ваш напарник. Он чуть не опрокинул мое кресло, когда рванул из комнаты.
- Вы не заметили ничего подозрительного? Может, какие-то странные личности? – спросил Падалеки и подергал свой галстук, расстегнул пуговку, слегка оголяя шею, по которой скатилась капелька пота.
Издевается, что ли, над ним? Еще немного и стояк сбросит картину на пол!
- Странных личностей здесь хватает, сынок, – Дженсен мотнул головой, стараясь сбросить наваждение. – «Перегрелся, не иначе!» – Когда тридцать лет назад, я был здесь с моей Молли, такого не было.
- Спасибо, полковник. Оставьте свои координаты агенту Абелю. Мы свяжемся с вами, если возникнут вопросы.
«Да, да, уже оставил, – Дженсен покатился к выходу. – Звоните, мальчики, в любое время. Только боюсь, я буду слишком занят, чтобы ответить».
…Дженсен услышал, что ребята тоже вернулись, и вышел в гостиную.
- Зачем ты это сделал? – возмущенно вопрошала София.
- Я был в образе, детка! – оправдывался Мэтт, хотя виноватым не выглядел совершенно! Скорее довольным. – Все для дела, мартышечка моя.
- Пора уже выйти из образа! И не называй меня так!
- Что ты сделал? – заинтересовался Дженсен.
- Ничего, – буркнула София.
Мэтт за ее спиной вытянул губы в трубочку и поиграл бровями.
- Серьезно? – засмеялся Дженсен. – Вы целовались?
София пихнула его в плечо и прошла вглубь комнаты.
- Между прочим, ты мне ответила очень горячо, – довольно заявил Мэтт.
- Я была в образе, – едко отозвалась девушка и скрылась в своей комнате.
- Как прошло? – спросил Дженсен, провожая девушку улыбающимся взглядом.
- О, божественно! – ответил Мэтт. – Я мог бы к этому привыкнуть.
- Я про дело спрашиваю, дурень, – засмеялся Дженсен и взъерошил другу волосы. – Но рад за тебя!
- Дело нормально прошло, – улыбка не сходила с лица Мэтта. – Когда я вошел, у этих придурков уже нервный тик развился! Соф, умничка, профессионально взорвала им мозг. Ты бы видел выражения их лиц, Дженс! Это было нечто!
- Да, мне тоже жаль, что не видел этого. Когда я там был, они, конечно, уже выглядели изрядно заебанными, но уверен, что Соф устроила им настоящее размягчение мозга!
Мэтт мечтательно улыбнулся:
- Она бесподобна!
- Да-да. Слышал, проходили, – Дженсен заглянул другу в глаза. – Может, уже пора признаться, а?
На что тот лишь печально вздохнул, уставившись на дверь, за которой скрылась Соф.
- Абель! – только войдя в офис, крикнул Падалеки.
Джейк показался на горизонте сразу же и выглядел он не лучше побитой собаки:
- Д-да?
В словах говорившего была лишь предельная сосредоточенность, он раздавал указания быстро и четко, голосом, не терпевшим возражений:
- Список всех опрошенных мне на стол. Проверь фрау и адвоката.
- Вызвать?
- Проверить, Джейк, проверить. Или тебе разъяснить, что это значит? Номера социальных страховок, копии водительских удостоверений, выписки из отелей и гостиниц, а так же номера рейсов, если они вылетали за пределы города за последний год.
Абель медленно, но верно принимал оттенок свежей пекинской капусты.
- Дальше. Встретиться и поговорить с преподавателями и сокурсниками Сары МакЛафлин, сделать это так, чтобы ее адвокат ни слухом, ни духом. Сумасшедшую парочку изучить с особой тщательностью, понимаешь? Мне нужны все подробности их жизни, как встретились, когда возьмут ипотеку и сколько у них будет детей. Ханнигера и Родри доставить сюда. К ним у меня есть пара вопросов. Это все.
Джаред уже начал работать со своими вчерашними записями, когда обнаружил, что Джейк не сдвинулся с места.
- Агент Абель, вы все еще здесь?
- Да, сэр, я могу взять Пирса?
Джаред усмехнулся:
- Абель, подробности твоей личной жизни мне не интересны, хоть Пирса, хоть Кортеза. Маннса вон можешь взять, если уболтаешь.
Джаред заржал, пытаясь увернуться от канцелярских принадлежностей, летящих в его голову.
- Ладно! Ладно! – прикрикнул Джаред, поднимая руки в примирительном жесте. Напарник успокоился и Падалеки сразу же проговорил Абелю: – Маннс только мой! Да, пупсик?
Маннс уже спокойно жевал какую-то резиновую фигню, по недоразумению, носящее звание конфет, и абсолютно флегматичным тоном ответил:
- Только так, сладенький мой! Мартышечка моя! Булочка! Пирожочек!
Напарники одновременно скривились в рвотных позывах, не переставая при этом ржать, как последние кони.
- Я имел ввиду не это! – голос младшего агента подозрительно стал срываться на фальцет.
- Бога ради, Джейк, иди уже работать! В помощь бери, кого угодно. Свидетели должны быть в комнате для допросов в десять, – глядя в глаза Абелю, отчеканил Падалеки и припечатал: – Ни минутой позже!
Как только младший агент скрылся из виду, Маннс окинул задумчивым взглядом Падалеки:
- Ну, из-за чего ты вызвал Родри, подозреваю. Он слишком откровенно к тебе клеился. А вот чем тебе не угодил ветеран?
Усмехнувшись, Падалеки заявил, играя бровями:
- Да-да, решил закрепить наше знакомство, – и совершенно серьезно добавил: – Полковник этот, какой-то слишком… театральный, что ли.