У одной из церквей Рик заметил Сильвестра, который собрал вокруг себя толпу и что-то ей внушал. При виде Алекса с Риком он замолчал, громко поприветствовав принца ехидным тоном. Толпа со злобой оглядела двух мужчин и быстро разошлась. Сильвестр шутливо поклонился и скрылся за углом.
Хуже всего было на Волхидской площади, куда Алекс и Рик забрели случайно. Шумные торговые ряды то ли переехали, то ли сгинули вовсе: эшафот гордо стоял на привычном месте, будто врос в землю намертво.
— Эй, — Рик остановил какого-то мальчишку. — Кого сегодня казнят?
Парень пожал плечами:
— Понятия не имею, господин. Видать, кого из Ривенхедов али их слуг. Изменники они и есть, королеву извели, на короля руку замыслили поднять…. — На всякий случай он поклонился Рику и Алексу. — Тут теперича кажный день кого-то да казнят. Даже неинтересно. Вон, гляньте, никого нет, — он обвёл рукой площадь.
Народу действительно было мало — в основном люди шли по делам, не глядя на виселицу и плаху. Алекс приблизился к эшафоту, коснулся его рукой:
— Знаешь, сегодня я особенно жалею, что нет Оскара. Мне так нужен его совет. — Алекс посмотрел на доски, пропитанные кровью. — Однажды он сказал, что борьба за власть — это игра, но играют в неё на эшафоте. Кажется, впервые я по-настоящему понял, что он имел в виду. Я не хочу вступать в эту игру, Рик, меня буквально рвёт на части при мысли, что я буду либо стоять на этом помосте, либо отправлять на него других.
— Ваше Высочество, идёмте во дворец, — в голосе Рика послышалось беспокойство, даже страх.
— Что с тобой?
— Я… я боюсь, не случилось ли что с отцом. — Алекс внимательно посмотрел на Рика и оглянулся на эшафот.
— Ты же не думаешь?..
Рик прикусил губу. Алекс кивнул:
— Идём.
Покидая площадь, Алекс снова посмотрел на эшафот:
— Помнишь, мы сегодня смотрели портреты? Среди них нет портрета короля Райгарда, ты замечал? Я вчера пытался представить, каким он был, но не смог, решил перечитать трактат Оскара про Райгарда — он пропал. Жаль, что Оскар так его и не издал. Никто теперь его не прочтёт…
— Главное, что вы его читали, Ваше Высочество, — заметил Рик. — Мне кажется, для господина Мирна это было важнее всего.
— Да, — едва слышно выговорил Алекс, — он пытался предостеречь отца, потом меня… Предостережение оба раза опоздало…
— Предостеречь? О чём? При чём тут Райгард?
— Ни при чём, — Алекс не признался Рику, что ему пришла в голову странная мысль: Оскар писал трактат вовсе не о Райгарде.
Крис не сразу понял, чего хочет от него Энгус Краск поздно вечером. Георг Ворнхолм что-то подозревает? Но Крис ни в чём не замешан, что он может подозревать? Однако Краск настаивал, чтобы он поговорил с одним типом. Крис сдался, согласившись организовать встречу в своих комнатах во дворце.
— Ваше Высочество пожелали меня видеть? Я весь к вашим услугам… — он презирал этого жалкого с виду червяка. К сожалению, Краск очень настойчиво просил уточнить у него ряд вопросов. Вот пусть бы сам их и задавал, негодовал Крис про себя, косясь на дверь в соседнюю комнату, где Краск подслушивал их разговор.
— Скажи, Тимак…
— Ваше Высочество, не называйте имён, прошу вас! Вы же обещали! — Тимак замахал руками. Крис поморщился. Странный тип этот Тимак, подумал Крис, разглядывая гладкое бледное лицо. Ото всех скрывает свою личность: боится, наверное, что кто-нибудь захочет применить к нему те методы допроса, которые сам Тимак практиковал много лет. На работе Тимак не снимал маски, но сейчас он был одет как все, да и какой смысл Тимаку скрывать лицо от принца? Они знали друг друга давно: Крис пару раз пользовался его услугами для личных нужд, а взамен помалкивал о том, кто скрывается под маской. Тимак ценил анонимность и умел быть благодарным.