— Наверняка Сайрон обвинит вас, если его арестуют. Ваше слово против его — король, конечно, поверит вам. Я бы поверил, будь я королём!
— Ваше Высочество стали бы прекрасным королём, я уверен.
— А вы стали бы прекрасным главой Совета, не то что Холлард Ривенхед. Конечно, у Ривенхедов сейчас земля горит под ногами, но они живучие. Я не позволил бы родственнику предателя Диэниса Ривенхеда оставаться вторым после короля в нашей стране. Будь я королём… Увы, если у меня родится брат… — Крис махнул рукой.
Краск облизал губы и медленно произнёс:
— Говорили, у Её Величества проблемы со здоровьем. Ваш отец не посещает её по ночам, — он сокрушённо покачал головой. — Мой прежний лекарь Карл обеспокоен её здоровьем, постоянно готовит какие-то снадобья. Ей часто приходится оставаться одной, бедняжке.
— Да, ей, наверное, не менее одиноко, чем моей бывшей мачехе. Хотя нет, Катрейне как раз охраняет покой Мая.
— Сдаётся мне, это ненадолго. Если она и Алексарх влюблены, то жить на расстоянии не смогут. Уверен, Сайрон об этом позаботится.
— Конечно, он предпочтёт, чтобы она была фрейлиной действующей королевы, а не бывшей.
— Безусловно, так тому и быть, Ваше Высочество.
— Думаю, когда она вернётся во дворец, случится много чего.
— Вам и мне остаётся лишь ждать да молиться за здоровье Её Величества, — Краск торжественно поднялся. Крис понял, что разговор окончен.
— Не стоило так рисковать! Мой… король будет недоволен, если узнает.
Катрейна до сих пор считала Айвариха супругом, но разве станет легче, если изливать на всех тоску, закатывать скандалы? Её время ушло, да и было ли оно когда-нибудь?
Катрейна не жалела, что оставила дворец, — место, которое после смерти большинства Кройдомов она ненавидела. Но и новый дом ей не принадлежал: даже гостя принять она боится. Впрочем, этот гость был бы нежеланным и в Нортхеде. Нежеланным для Айвариха, не для неё.
Ноэль Сиверс смотрел на неё открыто — не так, как её родные. Они приезжали изредка и всё время отводили глаза, словно стыдились её или считали больной. Да, ей больно, так больно, что впору выть волком в ночной тьме, но разве она больше не Ривенхед? Почему все её покинули? Мая оставила её — король сделал её фрейлиной Тории, отобрав у бывшей жены последнее утешение.
Ноэль словно не замечал её нового положения:
— Ваше Величество…
— Не надо, прошу вас! — Катрейна махнула рукой. — Я более не жена ему, согласно закону.
— Есть законы людские, а есть — Божьи, и не короли их устанавливают. — Ноэль ходил по крохотной гостиной взад-вперёд. Её смущали потёртая обивка стен и скудость обстановки — диван, кресло, невысокий столик, пыльные занавеси на окнах, неработающий камин. К счастью, летом можно обойтись без камина.
— Отныне думать подобным образом — преступление, — с горечью произнесла Катрейна, и, чтобы избежать неловкости в дальнейшем, попросила:
— Ноэль, мы знакомы так давно, что можем называть друг друга по именам.
— Я не осмелюсь…
— Зовите меня Катрейна, это — приказ, — слабо пошутила она.
— Я всегда выполнял ваши приказы, Катрейна, — Ноэль слегка поклонился.
— Я помню, — её лицо потемнело. — Вы исполнили даже приказ оставить своего ребёнка, за это я ни разу не просила у вас прощения.
— Не вспоминайте об этом, — Ноэль тоже помрачнел. — Если бы я отказался, Дайрус бы погиб! Я и так достаточно людей погубил…
— Вы об Анне? Не думаю, что вы смогли бы её спасти. Монастырская повитуха говорила, что она бы не выжила при тех родах.
— Если бы не я, не было бы родов. — Катрейна знала, что он считал себя виновным в смерти Анны, однако так говорить об этом спустя семнадцать лет! Он ведь нестар, мог сто раз жениться, но остался одиноким. Сын заменял ему всё, а она отняла его тогда и снова забрала два года назад.
— Прости меня, Ноэль, ради Бога! — вырвалось у неё.
— За что?
— Если бы не я, Райгард не получил бы место в королевской страже, не оставил бы тебя.
— Не стража, так что-нибудь ещё, уж поверьте мне, — пожал плечами Ноэль. — Как и Кройдомы, он честолюбив до крайности. Я пытался с этим бороться — мне это оказалось не под силу. Ему никто не указ, как говорится. Он всегда стремился в столицу, влюбился там в дочку барона Ривенхеда, представляете? — Ноэль слегка улыбнулся. — Ну а с тех пор, как он узнал, что родился незаконным, его как подменили. Только об отъезде и мечтал. Знали бы вы, что он мне наговорил… — Ноэль замолчал.