Только тогда Максим медленно выдохнул, и отпустил. Чуть. Оставляя лишь остатки контроля. Чтобы они… Так и остались стоять. Незаметно. Как будто ничего не произошло. А сам он уже чувствовал то, как даже их жизненная сила… Переходит через сеть к нему. Не полностью. Но… Достаточно. Чтобы понять.
Он сделал шаг вперёд. Не телом. А именно сознанием. И теперь… Этот узел. Этот дом. Эта часть сети… Почти полностью принадлежала ему. Почти. И этого… Уже было достаточно, чтобы парень мог сделать следующий шаг.
Всё это время Максим фактически висел, замерев на краю чердачного проёма, не сводя взгляда с зала. Но теперь он видел… Не глазами. Перед его внутренним взором развернулась фактически полная картина. Не просто сеть. А полноценная схема. Живая. Трёхмерная. Нити больше не были хаотичными. Они складывались… В структуру. В узор. В полноценный механизм.
Он видел, как от жертвенника, стоящего в центре, расходятся толстые, грубые каналы силы — словно корни уродливого дерева. От них отходили более тонкие линии. От тех — ещё тоньше. И так… До самых краёв дома. Некоторые из них уходили вниз — в стены. Другие — вверх, в перекрытия. Третьи — наружу. Видимо это была связь с другими узлами. С другими точками гексаграммы. Подумав об этом, Максим медленно вздохнул.
— Значит…Это только часть.
Он сосредоточился. И начал разбирать. Не разрушать. А именно… Разбирать. Он сразу выделил главное. Те самые толстые нити. Опорные. Через них шёл основной поток энергии. Если их тронуть, то вся сеть содрогнётся. И тот, кто её держит… Почувствует подобное вмешательство. И сразу.
Максим даже не стал к ним прикасаться. Вместо этого… Он перевёл внимание на второстепенные линии. Тонкие ответвления. Те, что шли к марионеткам. К людям, попавшим в плен этих тёмных техник. И тут… Он прищурился. Потому что понял, что каждая такая нить не просто держала. Она… Питалась. Тянула. Медленно. Незаметно. Но постоянно. И именно через них… Шла основная добыча. Боль… Жизнь… Страх…
Максим резко сжал зубы.
— Мрази…
Но вспыхнувшие в нём эмоции, парень тут же задавил. Сейчас ему было нужно было думать. Он начал действовать. Осторожно. Почти невесомо. Его нити Инь… Скользнули к первой марионетке. Это был мужчина. Глаза пустые. Тело напряжено. Но он был всё ещё жив.
Немного поискав, Максим всё же нашёл точку, где эта управляющая марионеткой нить… Входила. И не разрывая её, а словно, перекрывая, он мягко… Обжал её своей силой. И… Поток остановился. Не исчез. А просто… Застыл. Человек слегка дёрнулся. Его колени подкосились. И он… Тихо, и практически без звука осел на пол. Как кукла… С которой сняли нити. Он всё ещё был жив. Но уже отключён от системы этих нитей. Максим внимательно следил за сетью… И понял, что она никак на всё это не отреагировала. Так что он едва заметно кивнул.
— Работает…
И продолжил. Один… Второй… Третий… Он двигался по схеме. Обходя узлы. Не задевая основное. Только… Снимая нагрузку. Отключая источники. Каждый раз — точно. Каждый раз — мягко. Люди падали, один за другим. Тихо. Без борьбы. Без звука. И вскоре даже сам зал начал меняться. Гул… Ослаб. Пульсация… Стала слабее. Но структура… Всё ещё оставалась. Как будто… Ничего не произошло. Только тогда Максим остановился. И снова осмотрел схему.
— Теперь…
Он перевёл взгляд на двоих. Тех самых сектантов. Которые всё ещё стояли, поддерживаемые сетью. Уже пустые оболочки. Но… Опасные. Потому что всё ещё живые. И потому что… Могли быть связаны с сигналами. Мало ли, что у них могло быть при себе. Амулеты… Печати… Закладки в разуме и ауре… Этого парень не знал. Но рисковать не собирался.
Максим медленно опустил веки. И вновь выпустил нити. Уже не для контроля. А для… Поглощения чистой и глубокой Инь. Она окутала их. Плотно. Без зазоров. Без выхода. Как кокон. Как могила. И начала постепенно сжиматься. Медленно, но неотвратимо. Их ауры, итак уже максимально истощённые… Сначала дрогнули. Потом…Сжались. Потом… Начали окончательно разрушаться. Не всплеском. Не взрывом. А… Исчезая. Словно их… Стирали. И вместе с этим… Из них уходила и сама жизнь. Тела начали меняться. Кожа серела. Сохла и стягивалась. Глаза… Проваливались. Губы… Сохли. Через несколько мгновений… Перед ним уже стояли не люди, а оболочки. Пустые. Высохшие. Как старые свитки. Как те самые мумии.
Только сейчас Максим остановился, и отпустил. В этот раз ему прах был не нужен. Он не допустил этого намеренно. Потому что понимал, что прах — это след. След силы. След чужого вмешательства. А мумии… Это… Послание.