Молча делаю шаг к отчиму, чтобы заглянуть в эти лживые глаза, молчу, просто смотрю и вижу зарождающийся страх.
– Если я вернусь, то заставлю вас пожалеть обо всем содеянном… – тихо шепчу я, правда похоже больше на шипение рассерженной змеи, словно говорит другой человек не я. А после, разворачиваюсь и ухожу, меня впервые никто не удерживает, да бесспорно черно-белый мир, намного лучше, проще, друзья-враги, черное и белое и ничего больше. Пустота вместо души, безразличие вместо сердца.
Когда я вернулась к остальным, заметила обеспокоенный взгляд Яры, она хотела подойти и поговорить со мной, но потом осеклась, остановилась и спросила что-то у Эльдарара, так и не преодолев короткое расстоянием разделяющее нас, я ухмыльнулась и приказала седлать лошадей. Вместо Яры ко мне подошел Кристофер.
– Как ты? – тихо спросил он, даже не пытаясь обнять. Вот наконец-то он от меня отстал.
– Все просто замечательно, будь добр, оставь меня в покое, – потребовала я. Парень растерялся и даже спорить не стал, просто ушел и все. Черно-белый мир, в нем пусто и спокойно, в нем нет метаний и пустых переживаний. Вышла на крыльцо, слуги, будто ощущая мое поганое настроение, перемещались на цыпочках. Я их не замечала вовсе, дождалась команды магистров и забралась в седло, хозяин дома, так и не вышел попрощаться с гостями, в очередной раз демонстрируя дурные манеры, но я этого и не ждала, после нашего краткого разговора. Если кого-то это удивило, то они оставили свое мнение при себе, через несколько саат небольшой отряд покинул славный город Лютиан. Я ехала в одиночестве, сразу за магистрами, там никто не приставал с глупыми вопросами, не спрашивал моего мнения, не пытался веселить всех дурацкими шутками. На первом недолгом привале за городом я молча сидела под каким-то древним деревом, когда ко мне подошел Огнемир.
– Паршивая погода, наверное, скоро пойдет дождь…
Молча поднимаю голову и смотрю на небо, там светит солнце, и нет ни одной тучи.
– Ну, вот теперь ты хоть что-то заметила, а то я думал, согласишься со мной, – парень без спросу сел рядом и привалился спиной к дереву, прикрыв глаза, я молчала, мне было все равно. -Знаешь мир очень интересная штука, он оказывается, бывает жестоким…
– Огнемир, скажи, что такое дар? – невпопад спросила я.
– Способность человека управлять, магической энергией, – заученно ответил он.
– А если я чувствую энергию, вижу ее, но не могу использовать, потому что резерв все время пуст то, что это такое…
– Тебе честно ответить?
– Ты же сам сказал, что мир жесток.
– Существует такое явление, странное, когда маг превышает свои возможности, его дар как бы перегорает, потом что бы он ни делал, магии для него больше нет.
– Спасибо за честность, – я даже улыбнулась, но после его слов действительно не осталось ничего, совсем ничего.
После короткого привала мы снова отправились в путь и остановились только через несколько саат, уже после обеда. Я привела в порядок лошадь, взяла пару фляг и пошла, искать воду, местность равнинная, значит, поблизости должен быть ручеек.
– Смотри, наша аристократочка, носик от всех воротит, – услышала я голос Аланы, – ей, Камилла, что теперь мы теперь для тебя все безродные шавки? – раньше бы прошла, пропустив ее возглас, мимо ушей, теперь нет. Резко оборачиваюсь и ловлю ее взгляд, глупо улыбаюсь, иду в ее сторону, вижу замешательство и растерянность в ее глазах, останавливаюсь в трех шагах и молчу. Разглядываю кукольное личико.
– Зубоскалишь по зависти, – это не вопрос констатация факта, раньше бы я такого не сказала, я не любила наносить удары, теперь мне все равно, той Камиллы больше нет, ее убили, жестоко и безжалостно, растоптав вначале личность, а потом отобрав даже мечту, то единственное, что было дорого. Сначала поманили чудесами, а затем безжалостно отобрали не оставив даже призрачного шанса, наверное именно так люди черствеют душой… – Молчишь, возразить нечего? Хочешь на мое место? – поправила фамильное кольцо, которое ношу на левой руке, усмехнулась, сняла тощий кошель с пояса и швырнула девушке в лицо, – на довольствуйся подачками… Твое смазливое личико второсортное и как бы ты не старалась я буду впереди, ведь у меня есть известная родословная и громкий титул и плевать, что я криворукая неумеха, в моих руках будет все лучшее, а тебе останутся жалкие подачки, – я знала, что мои слова жестоки, и знала, что они ранят, но сдержаться не могла, что-то во мне сломалось за эту ночь. Что-то очень важное у меня забрали, наверное, это было сердце, оно умерло вместе с моей мечтой.
– Да, как ты смеешь мразь… – прошипела Алана в ее ладони появился огненный шар, но я даже бровью не повела, а что мне терять?