– Ярита, прошу меня простить, я позволил себе лишне, – уняв эмоции, холодно сказал хранитель. У нее на глазах едва заметно выступили слезы, она резко отвернулась, пытаясь их скрыть.
– Почему ты так холоден со мной? – услышал он неожиданный вопрос. Что он мог на это ответить, что все еще любит, ту, которая ушла из этого мира четыреста лет тому назад. Или, что все еще не может избавиться от воспоминаний о ней, а засыпая, видит ее лицо. Потому Десмонд сказал то, что говорил многим до нее.
– У хранителей, как и у Карателей не может быть сердца, – эту фразу он повторял себе изо дня в день, бессмертие, подаренное ею, и в самом деле оказалось тяжким бременем, которое он вынужден нести в одиночку.
– Неправда! – звонкий голос девушки разорвал тишину. – У всех есть сердце, даже у Коварного, а ты уж точно не хуже его, – воинственно сжимая кулачки, сказала Яра.
– Кто знает, но никаких отношений между нами быть не может, – сурово сказал он.
– Причина? – глядя ему в глаза спросила она, Десмонд насмешливо на нее посмотрел. – И нечего смотреть на меня как на ребенка, – взвилась Яра, глазки заблестели, слезки высохли, а кулачки воинственно сжались.
– А ты и есть ребенок, – улыбнувшись, заявил Десмонд.
– Что-то не похоже было, что несколько ыр назад вы воспринимали меня как ребенка!
– И за это я уже принес извинение.
– Ах, так! – девушка недовольно топнула ножкой. – Ну, держись Лорд Хранитель.
Выкрикнула Яра, и быстро развернувшись на каблучках, бросилась бежать прочь. Десмонд прошипел несколько довольно самокритичных фраз и последовал за девушкой, нужно было убедиться, что она добралась до школы, хотя тому, кто рискнет ее обидеть, Десмонд искренне не позавидует. И тут хранитель вспомнил о своем намеренье расспросить девушку о найденном артефакте. Вот ведь, как ловко то ушла от темы, подивился каратель и ускорив ход нагнал Яру. Схватил ее за руку, останавливая, она ринулась к нему и спрятала лицо на груди, только подрагивающие плечи свидетельствовали о рыданиях девушки, ну вот, единственное чего не доводилось делать Десмонду, так это успокаивать рыдающих барышень.
– Яра, чего ты так расстраиваешься? – спросил он, поглаживая по ее спине, от этого рыдания стали только громче, а еще и всхлипывания добавились. – Бездна, ну ты же еще совсем молода и очень красивая, на тебе любой принц с превеликим удовольствием женится, зачем тебе, такой как я.
– Не нужны мне принцы никакие, – неожиданно казала она, пытаясь успокоиться, потом резко выдохнула и как в омут с головой. – Я о твоем поцелуе только мечтала. А когда набралась храбрости, ты от меня как от чумной отскочил, что со мной не так Десс… – окончание его имени потонуло где-то во всхлипываниях, но он, вздрогнул, услышав, это имя, он запретил так называть себя всем. Встряхнул головой, подхватил девушку на руки, оглянулся в поисках лавочки, увидел такую и пошел туда, Яра доверчиво обвила его руками и прятала лицо возле его шеи. Ее теплое дыхание щекотало кожу.
Он попытался ссадить ее на скамейку, не вышло, она уцепилась как клещ, тяжко вздохнув, Десмонд оставил ее сидеть у себя на коленях.
– Рассказывай! – неожиданно потребовала она, хранитель улыбнулся, ему всегда нравилась ее непосредственность.
– Что ты хочешь услышать! – понимая, что придется расстаться с частью правды, спросил он. Яра поерзала, устраиваясь поудобнее у него на коленях. Самым нахальным образом отодвинула полу его камзола и подлезла ближе к нему, сама все больше и больше удивляясь своей наглости, а для полного счастья обхватила его руками, мало ли, вдруг опять попытается согнать. И теперь была готова слушать. Десмонд хмыкнул, наблюдая за ней.