– Что ты здесь делаешь? – он сделал несколько шагов по направлению ко мне, при том своего вида он не стеснялся.
– В прошлый раз ты выставил меня за дверь, я обещала что вернусь, и я вернулась.
– Выставить снова?
Я улыбнулась довольно так, радостно и заявила:
– Не поможет, твой замок больше мне не помеха, разве что дверь шкафом подопрешь, но такое поведение, по-моему, нанесет непоправимый ущерб вашей блестящей репутации, Лорд Хранитель.
Он устало вздохнул и опустился в кресло рядом, на противоположной стороне стола и при этом не сводил с меня глаз, как в прочем и я с него, а ведь было на что посмотреть, его крепкая, натренированная фигура будила во мне какие-то неизведанные желания. Хотелось прикоснуться к нему, погладить.
– Ладно, ты здесь, чего ты хочешь?
Яра вовремя прикусила язычок, чтобы не сказать: «тебя», но такой ответ выставит ее в дурном свете, а потому она скосила взгляд на стол, а главное на выпивку, Десмонд послушно взглянул туда же, затем потянулся и взял в руки ее трофей из винного погреба, стер пыль с этикетки и прочел название, на лице его появилось странное выражение, теплая и в тоже время насмешливая улыбка.
– Что, неужели я гадость какую-то принесла? – встревоженно спросила я, он перевел на меня взгляд, хитрый такой и пояснил:
– Тебе точно не понравиться.
– Ну, это мы посмотрим, открой, пожалуйста.
– Можжевеловый напиток довольно крепкий, тебе не следует такое пить! – на полном серьезе сказал он. Я вскочила с кресла подошла к нему, угрожающе нависла над Десмондом, который в это время с усмешкой наблюдал за мной.
– Я не ребенок! Открывай, зря я его, что ли вор… принесла то есть.
– Бокалов нету, – издевательски заявил он.
– И что, можно с горла выпить!
– Только не говори потом, что я не предупреждал! – сказал Десмонд и одним движением вытащил пробку, я сразу же почувствовала травяной, немного резковатый аромат, моя смелость неожиданно смылась в неизвестном направлении, но спасовать перед Десмондом я не могла. Забрала из его рук бутылку, закрыла глаза, а затем сделала большой глоток с горла, мне показалось или горло обожгло огнем. Я закашлялась, а из глаз брызнули слезы.
– Я же говорил, а ты мне не верила! – услышала я голос Десмонда. – Вот съешь! – он что-то запихнул мне в рот, я не жуя глотнула, это был кусочек павайя, такой интересный фрукт, съев его на некоторое время теряются все вкусовые ощущения можно лопать что угодно, хоть горький перец и при этом он будет казаться сладким.
– Спасибо! – поблагодарила я, любопытство меня одолело, и я сделала еще один осторожный глоток, по горлу вновь пронесся огонь, но теперь напиток показался сладким на вкус.
– Куда! – Десмонд быстро просек мой маневр и забрал у меня бутылку я возмущенно повернулась к нему, да так и замерла, он успел подняться с кресла и теперь стоял так близко, что я ощущала его тепло. – Я же говорил он для тебя слишком крепкий, – ответить я была не в силах, потому только мотнула головой и вдруг ощутила как эта самая голова кружиться, что было причиной тому шальной напиток или красивый мужчина непонятно, но я пошатнулась. -Так похоже ты уже под воздействием алкоголя! – констатировал Десмонд, придерживая меня за плечи.
– Ты так и не попробовал, – насупилась я. Он хмыкнул и отпил с бутылки.
– В последний раз я пил этот напиток лет четыреста тому назад и тоже в компании девушки, – непонятно зачем сказал он.
– А ты говоришь не женский напиток, – буркнула я, и поймала себя на том, что тянусь к нему рукой, а он внимательно следит за каждым моим движением, ни на миг не сводя глаз. Наверное, во всем виноват алкоголь, на трезвую голову я бы ни за что не посмела бы этого сделать, а так я смело коснулась ладонью живота и продолжила исследования поднимаясь вверх к груди и шее. Может быть, у меня руки холодные, а может он такой горячий после ванны, но мне казалось, я прикоснулась к огню, словно под обличием Десмонда скрывается сказочная саламандра. Но одергивать руку я даже не думала, вместо этого я коснулась плеч, пальцами пробежала по мышцам рук и подняла голову, чтобы посмотреть на него. Он смотрел серьезно, следил за каждым движением, глаза его казались черными из-за расширившихся зрачков.