— И желательно немедленно, — снова прокомментировал Рэй.
— Уже, — спокойным голосом заявил Энтарон. — Они должны прибыть сюда с минуты на минуту.
М-да уж, забота обо мне как-то незаметно переросла в настоящий скандал. И что самое странное, все присутствующие уже успели позабыть, кто усыпил этого бедолагу. А мне, если честно нелегко было создать магический образ заклинания в моем-то состоянии. Я пока не чувствовала ухудшения самочувствия, но что-то мне подсказывало — это было ненадолго.
— Ольгарэт! — опровергнув мои подозрения (по крайней мере насчет собственной персоны), громко проговорил Целитель Рэйталион. — Концепция резко изменилась. Мне еще писать не менее пятнадцати минут. За это время Анжелика может легко потерять сознание. После такого геройского поступка ее силы почти на нуле. Организм еще сопротивляется и пытается воспользоваться оставшимися крохами иммунитета. Повторюсь, ненадолго. Я прописываю ей срочную госпитализацию и настаиваю на подписании вами разрешения на перевод универсантки из больничного крыла вашей Академии сюда.
— О, конечно! — всплеснула руками ректриса и в мгновение ока создала магический образ указа о переводе меня под опеку Рэя. — …Да будет так!
И поставила свою подпись в конце документа.
— Чудненько! — сказал Рэй и таки соизволил повернуться к нам. — Энтарон, будь добр, перенеси Анжелику в палату номер тысяча триста восемьдесят семь.
— Я потом буду здесь нужен? — уточнил куратор. — Может мне подождать в палате, пока не явится врачеватель?
— Да, давай, — хитро прищурившись, откликнулся Рэйталион. — А леди Ольгарэт и профессор Арнаус побудут здесь на тот случай, если ваш Целитель соизволит очнуться до прихода Боевых Ангелов.
Под возмущенное бурчание декана и сокрушенные причитания ректрисы Энтарон, в который раз, взял меня на руки и вынес из кабинета. Когда мы поднимались по лестнице на этаж выше, я смогла разглядеть в окнах отряд Боевых. Ох, какой же шум наверняка поднимется в Академии Поднебесья!
Нужная нам палата оказалась рассчитана всего на одного ангела. Она была выдержана во всех оттенках голубого — моего любимого цвета. У большого окна находились маленький стол и два стула. Вместо привычной койки тут стояла самая настоящая кровать. А еще к палате прилагался свой санузел! Не больница, а настоящий санаторий.
— Осторожно… — пробормотал Энтарон себе под нос, медленно сажая меня на мягкий матрац. — Как ты?
— Хорошо, — тихо откликнулась я и тут же добавила: — Большое тебе спасибо.
— Пока не за что, — устало покачал головой мужчина. — Не высшее учебное заведение, а самый настоящий цирк.
— Кстати, поздравляю с повышением, — мягко улыбнулась ему, чтобы немножко подбодрить.
— Сначала до твоего выпуска дожить надо, — иронично отозвался, присаживаясь рядом со мной. — Может Арнауса уволят? И меня вслед за ним. А если решат убрать леди Ольгарэт? Нет уж, я решительно отказываюсь праздновать свое повышение, пока все не вернется на круги своя.
— А как ты успеваешь еще и за смертным приглядывать? — спросила, задумчиво посмотрев в лицо куратору.
— Опыт, — хмыкнул он. — Я уже чисто автоматически время от времени поглядываю на экран своего браслета хранителя Вита.
Под его смеющимся взглядом посмотрела на показания своего браслета. То, что я там увидела, меня не порадовало.
— Что-то Маша подозрительно веселая сегодня, — пробормотала я, создавая магическую трансляцию жизни подопечной.
— Анжел, — укоризненно проговорил Тарон. — Зачем?
— Вот зачем! — жалобно воскликнула, тыкнув пальцем в зависшую в воздухе живую картинку. — Она напилась!
— Для этого существует основная Хранительница, — с нажимом поправил куратор. — Суть твоей дипломной работы в том, что ты помогаешь сохранять смертного, а не сама лично этим занимаешься.
Он был полностью прав. Но я была слишком чувствительной в отношении своей подопечной, чтобы пускать на самотек ее судьбу. Я слишком привязалась к Маше, чтобы так просто позволять ей, Лиону или еще кому бы то ни было осознанно уменьшать жизненный срок. С одной стороны хотелось рассеять заклинание, но с другой — мне необходимо было знать, что конкретно делает эта девушка. Вон, она на какой-то вечеринке. Пьет, танцует и веселится. К ней подходит Сергей и увлекает за собой в сторону от основной толпы. Что-то говорит ей и целует…
— Хватит! — жестко прервал мои стенания Энтарон. — Ты и так ходить сама не можешь! Хочешь впасть в состояние анабиоза?