— Ментальная сила возрождена от…
— Нет, не то, — мотнул головой ангел. — Что-то не сходится.
— В смысле?
— В том смысле, что если мы наложим ментальную силу, на резерв, это иссушит нас, надо придумать что-то другое. Наложить новую для нас магию на внешний источник будет проще.
— Но в таком случае и затрата больше.
— Но это нас не иссушит.
— Ты думаешь, что если воздействие на внутренний резерв будет быстрее, а на внешний медленнее? И из-за этого стоит попытаться не трогать резервы?
— Ты правильно понимаешь, — Лион сел на кровати и потер глаза. Встал, прошелся по комнате из стороны в сторону и остановился возле меня. — Если внешний резерв иссякнет, мы сможем его восстановить, а если из-за ментальной магии выгорит внутренний, восстановить магию будет невозможно.
— Ты прав, — пришлось признать мне. — Стоит попробовать.
— Тогда приступим к практике.
Я встала из-за стола и оказалась почти вплотную к Ардалиону. Прикоснулась пальцами к его вискам и прикрыла глаза. Он с максимальной точностью повторил мои действия. Попробовала обратиться к внешнему резерву. Но сила откликалась с трудом. Энтарон знатно потрудился, чтобы лишить меня подвластной магии. Повезло, что хоть что-то еще осталось после его издевательств. Сила же Лиона хлынула в меня тонкой струйкой, концентрируясь в голове и вызывая перед глазами цветные точки.
— Еле заметная рябь, — тихо сказал друг по несчастью.
— Во мне мало подвластных сил, — со вздохом я открыла глаза и убрала руки от его лица. Лион отошел от меня и внимательно стал изучать.
— Плохо дело, — произнес. — Но радует то, что темная сущность не блокирует нашу попытку овладеть ментальной магией.
— Это-то и странно.
— Ничего странного, — стал пояснять Ардалион. — Ментальная связь поможет нам понимать, что мы делает под воздействием, а что нет. Другим же об этом мы рассказать не можем. Но есть и еще кое-что…
— Демоны не в курсе, что это может помочь нам противостоять им?
— Я в этом уверен.
— Лорд Данфор! — Высший сидел на троне, на небольшом возвышении и строго смотрел на своего подчиненного.
— Да, повелитель, — тот склонил голову. Внутри зарождалось раздражение. Он должен был быть на этом месте. Кто вообще выбрал его главным? Общее голосование демонов, как же. Скольких он подкупил? Разумеется, речь шла не о простых низших, а высокопоставленных демонах. Общим голосование названо не по праву. Только аристократы имели право на голос. Так скольких же он все же смог подкупить? Переманить на свою сторону. Да, Высший, разумеется, один из самых сильных демонов, но и на него бы нашлась управа.
— Почему я должен вас вызывать? Тратить свое время. Вы ведете свою игру, и это мне не нравится.
— Как вы могли такое подумать? — в голосе демона появилось якобы искреннее удивление. Играть он всегда умел, как в хитрых интригах, так и простыми эмоциями рядовых существ. И Высшему, увы, было об этом известно.
— Скажите-ка мне, лорд, это кровная месть? Или вам просто нечем заняться?
— Нечем заняться? — снова притворное удивление. — Отнюдь. Я просто наблюдатель.
— Хватит! — Высший стукнул кулаком по подлокотнику трона и резко поднялся. — Левиафан!
Из темного угла вышел до этого незамеченный Данфором демон.
— Ты наставил маяков? — сначала решил уточнить Темнейшество.
— Да, — сухой короткий ответ.
— Значит у тебя сейчас будет другая задача.
— Я внимательно тебя слушаю.
— Убей его, — приказал повелитель, махнув рукой в сторону Данфора.
— Повелитель… — теперь в голосе Данфора появилось довольно искреннее удивление. Подобного от Высшего он не ожидал. Но был шанс сохранить себе жизнь. Только для этого надо было убить Левиафана, а по возможности и Высшего демона.
А тем временем сын Высшего медленной хищной походкой направился в сторону Данфора. В его невероятно ярких голубых глазах появился голод. В голове он уже представлял какую часть тела оторвет от этого демона первой. Слишком уж он мешал его отцу. И ему в том числе.
Данфор, встав в защитную позу, призвал боевую ипостась. Расправил перепончатые крылья, готовясь ими защищаться. Левиафан тоже не терял времени даром и призвал свою ипостась. Его крылья отличались от крыльев Данфора. Они были более мощными, но и более тонкими. Кому-то могло показаться, что их легко переломить или пробить. Это было великим заблуждением. Прочные перепонки не позволили бы повредить их. Они были полупрозрачными и на удивление светлыми. Хотя у того же Высшего, цвет крыльев был почти черным. Еще одна отличительная черта, которую Левиафан унаследовал от матери. Подобное строение крыльев больше свойственно демоницам. А если кто-нибудь рискнул бы посмеяться над сыном Высшего, в последствии, очень сильно об этом жалел, лишась своих. Кто-то вообще не успевал признать свою ошибку. Его сразу же убивали на месте. И не стоило даже сомневаться, кто был скор на подобную расправу.