— Вероник, неужели тебе все равно? — недоверчиво выпучила глаза Галя.
Мне было все равно. Я еще удивляюсь, почему Петров меня никак не бросит. Поразительное терпение.
— Да все нормально, — заверила я.
В столовой появились Настя с Антоном, и мое внимание переключилось на них. Оба посмотрели на меня и прошли за дальний столик у окна. Тоша сел спиной ко мне, Настя разместилась напротив него, и я могла наблюдать за выражением ее лица. Оно казалось до странности спокойным, только веки и кончик носа отчего-то слегка покраснели.
Кажется, утром она была накрашена? А может, и нет.
У меня в сумке затрезвонил телефон, я вынула его и, увидев незнакомый номер, ответила. Звонок сбросили.
— Кто это? — поинтересовалась Юля, возвращая мне тетрадь.
— Не туда попали, — я положила тетрадку и телефон в сумку.
Подружки встали из-за стола и поторопили:
— Пойдем, биологичку бесит, когда опаздывают.
Я осторожно переместила взгляд на парочку возле окна, но и они тоже поднялись. Настя осталась стоять возле столика, а Антон, ни на кого не глядя, быстро зашагал к выходу из столовой.
Бросила! Она его все-таки бросила.
Наши с Настей взгляды встретились, та не помахала мне, как обычно, вместо этого опустила голову и отвернулась к окну.
Расстроена. Ее можно понять.
На биологии я наконец увидела перемену в поведении Антона. Он не смотрел на доску, а уставился в одну точку в своей тетради и о чем-то сосредоточенно думал.
У меня сердце сжалось от страха при мысли, что ему больно из-за разрыва с Настей. За весь урок он ни разу на меня не взглянул.
Из школы Антон с Настей вышли по отдельности, и мне пришла эсэмэска от Насти: «Я свободна. Встретимся завтра в парке, у трех скамеек. Я буду тебя ждать в шесть!»
Глава 13
На рейках скамеек, расположенных треугольником посреди просторной поляны, скакали капли. Они ударялись о деревяшку, подпрыгивали, стекали вниз и с громким шлепком падали на землю. Дождь монотонно стучал о клеенку зонта. Настя в коротенькой серебристой куртке сидела на скамейке, прижав к себе желтую сумочку, и смотрела на меня полными слез глазами. Капли дождя стекали по ее щекам, останавливались на какое-то мгновение на остреньком подбородке и капля за каплей разбивались о сумочку.
— Зачем ты так? — прошептала Настя.
— Прости… прости… — Я повторяла это слово как заклинание. — Прости, прости меня…
Девушка поднялась, и тут из-за ее плеча вдруг выступил Петров. Он засмеялся.
Я закричала: «Настя!» — и проснулась.
На часах было без пяти минут семь. Я не спала всю ночь. Совесть ела меня до шести утра, поэтому, когда прозвенел будильник, я его отключила и вырубилась.
Мама несколько раз заглядывала в комнату, но поняв, что в школу я сегодня не иду, поспешила на работу.
Проснулась я только в два часа дня, тогда-то и приняла окончательное и бесповоротное решение.
Я пойду на встречу с Настей и во всем признаюсь, иначе просто сойду с ума. Или уже сошла?
Настя добрая девушка, если я буду достаточно жалкой во время своего покаяния, возможно, она не станет ничего рассказывать Антону. Как же стыдно… и страшно.
Час проходил за часом, время стремительно летело навстречу вечеру. А солнце, точно в насмешку над моим мрачным, дождливым сном, лукаво смотрело в окно.
В пять я начала собираться. Долго стояла перед зеркалом, всматриваясь в свое бледное и, как мне казалось, наглое лицо. В конце концов надела черные узкие джинсы, белый джемпер, сапожки на каблуке, красное пальто и, по привычке, сделала высокий хвост.
До парка я ползла как черепаха, раза три была готова развернуться и сбежать домой, но что-то внутри подсказывало: если поступлю так, станет еще хуже. Я жаждала освобождения.
У трех скамеек никого не оказалось, я присела на одну из них, боясь, что, когда увижу приближение Насти, не выдержу и шмякнусь в обморок. Была бы у меня веревка, я бы привязала себя к этой чертовой скамейке.
Сердце клокотало где-то в горле.
Привет, я Валера! Так сказать? Все ли у меня дома? Хороший вопрос. Я росла без отца!
Вести мысленный диалог порой очень занимательно. В ситуациях, подобных моей, это вроде азартной игры. Можно делать ставки, какой диалог выпадет.
Я услышала, как захрустел под чьими-то ногами песок, и резко вскинула голову. Передо мною стоял Антон в синих джинсах и спортивной куртке. У меня внутри все застыло, сердце, кажется, прилипло к глотке и раздулось так, что я не могла вздохнуть.