За бесконечными вопросами от дроу прошло пару часов. Рози уже едва шевелила языком, пытаясь уже скорее отделаться от навязчивых галдящих девушек. Зато сама она узнала, что Марселя в первый же день их прихода успешно решили посватать. Дроу, что напрашивалась к нему в жены, сидела почти напротив, пронзая Рози ревнивым взглядом.
— И с чего, скажи на милость, — вдруг заговорила Тифа, та сама засватанная, к Рози, — ты решила, что вы с Марселем вместе? Разве у вас было что-нибудь?
— А что конкретно у нас должно было быть? — несколько не поняла фея. — Ваших законов он не нарушал, голову свою берег, но я ведь здесь. С ним.
— Это потому что он вынужден тебе служить, — напомнила Шакти. — Заключая с кем-то кровный союз, дроу обязаны всех себя посвятить этой службе. У фей такого нет, так что тебе сложно понять разницу.
— Знаете, — Рози вдруг встала, швырнув тканевую салфетку на стол, — вы можете бесконечно обсуждать эту информацию между собой. Но я не намерена это выслушивать. Ваши мужчины так хорошо ко мне отнеслись, я очень рада находиться здесь. И только ради них сейчас я держу себя в руках. Всего доброго.
Рози развернулась на каблуках, почти в полной темноте ступая наощупь.
— Твоя комната в другой стороне, — со смешком бросила ей в спину Тифа.
— А я и не в комнату, — фыркнула фея, действительно направляясь к столу мужчин. Она подошла к Мару, наклоняясь к самому его уху. — Приходи ко мне как закончите здесь. Есть разговор.
Она старалась звучать тверже, чтобы дроу воспринял это как приказ. Добравшись к себе, девушка готовилась встречать мужчину. Царящий полумрак из-за заката добавлял атмосферы, так что все вокруг располагало к плану Рози. Она выдвинула мягкое кресло на центр комнаты и, сев в него, принялась ждать Марселя.
Прошло не меньше часа прежде, чем ей постучали в комнату. На радостях она встала, скинула с себя платье к ногам, громко крикнув:
— Входи!
Первое, что она поняла в полумраке — лицо Марселя обычно находится немного выше. Перед ней стоял Шейн, совершенно озадаченный. Он смотрел на обнаженную фею, что буквально застыла в ужасе, тут же присаживаясь, прикрываясь руками и… истошно визжа. Шейн выскочил словно ошпаренный, громко хлопнув дверью. Судя по звукам, там происходила потасовка в коридоре, но Рози только пыталась остудить алые щеки, пульсирующие от стыда.
Это же надо так! Могла бы и спросить кто пришел!
В комнату наконец вошел сам Марсель, он сначала не заметил сидящую на корточках фею, прячущую лицо в коленях.
— Рози… — он неуверенно дернулся вперед, понимая, что принцесса совершенно нага перед ним. — Что… случилось? Шейн меня едва с ног не сбил, и… почему ты раздета? Мне ведь не думать о самом страшном?
— Я думала, это ты пришел, — в колени себе пробормотала фея, не поднимая головы.
Буквально по одному тону поняв, что все в порядке, Марсель подошел на безопасное расстояние, тоже присев на корточки. Он протянул руку, кончиками пальцев касаясь макушки Рози.
— Я ничего не расслышал. Громче повтори.
Подняв красное от стыда лицо, Рози взглянула в нахмуренное лицо дроу.
— Мар, я думала, что это ты пришел! Я… я хотела… они просто говорили, что ты мне так служишь. Что я тебе не нравлюсь. И я хотела проверить… Но пришел не ты, а Шейн!
Марсель рассмеялся, закинув голову назад. Он подобрался ещё ближе, снимая с себя рубашку, чтобы накинуть на плечи принцессы.
— Глупышка, конечно, они будут убеждать тебя в том, что им выгодно, — он подшагнул гуськом ещё немного, гладя фею по волосам. — Дроу не привыкли, что женщина может постоять за себя, принимает мужчину за равного, так ещё и силами может с кем угодно померяться. Вот все и в восторге от такого лучика.
— И им завидно? — уточнила Рози, снизу вверх глядя на Мара. — Хотя мне все равно на остальных. Главное, чтобы в восторге от меня был ты. И не потому что служишь мне. А потому что… ну…
— И так и есть, — Мар за подбородок поднял фее голову, заглядывая в покрасневшие глаза. — Обещаю ещё не раз тебе это доказать.
Просияв, принцесса распрямилась, хватаясь за предплечья дроу.
— Правда? И как?
Ожидая ответа, фея нахмурилась, не понимая, почему мужчина молчит. Она щелкнула перед ним пальцами, вдруг рассмотрев в темноте куда тот смотрит. Его алые зрачки были прикованы к её груди, виднеющейся из-под расстегнутой рубашки.