Я положила обертку от шоколадного батончика обратно в пакет, а Сэл взяла его и спрятала в бардачок гольф-кара.
— Осталось семь команд, — сказала она. — Вы можете выиграть.
— Это безумие — так думать. Арчеру буквально пришлось нести меня в одном из первых испытаний.
— Ты сильный партнер, Лорен. Не сомневайся в себе.
Услышав слова ободрения от другой женщины, я вспомнила о своей сестре. Я так сильно скучала по ней. Но она бы посоветовала мне терпеть все тяготы. Я хотела получить приз, и теперь у меня появилась еще одна мотивация — победить Макса.
— Вот и дом, милый дом, — произнесла Сэл, когда дальше по пляжу показался лагерь.
— Больше похоже на дом, кишащий насекомыми, — съязвила я. — Но по сравнению с лагерем Максима, выглядит как дворец.
Когда Сэл подъехала к лагерю, Арчер уже ждал нас. Мое счастье было подобно внутреннему солнечному лучу, рвущемуся на свободу. Я быстро поблагодарила Сэл и подбежала к Арчеру.
Он крепко обнял меня, а я обвила руками его шею, закрыв глаза и глубоко вздохнув с облегчением.
— Ты как? — спросил он, отстранившись, чтобы оглядеть меня.
— В порядке.
— Пока, ребята! — попрощалась Сэл.
Ирина уже сидела на пассажирском сиденье гольф-кара и показала Арчеру средний палец, когда Сэл отъехала от лагеря. Я посмотрела на Арчера, открыв рот от удивления.
— Я так понимаю, все прошло не очень хорошо?
Выражение его лица стало серьезным.
— Она украла четыре наши фляги.
— Что?
— Я уходил из лагеря, а когда вернулся, их уже не было. Она сама призналась. Сказала, что вернет их, если я отдам ей что-нибудь из найденного мной сундука с сокровищами.
Я улыбнулась.
— Ты нашел сундук? Что в нем было?
Он пожал плечами.
— Всего лишь какие-то странные клоунские костюмы.
Мои плечи разочарованно опустились. Арчер одарил меня самодовольной улыбкой.
— Шучу. Идем покажу, что у нас есть.
Нас. Арчер проделал всю работу по поиску сундука, но для него это не имело значения. Мы были командой. Он показал мне все вкусности, а затем указал на импровизированный табурет.
— Садись. Я знал, что Макс не накормит тебя, поэтому приготовил завтрак.
Он снял тарелку с миски, та была наполнена дымящимся рисом, рыбой на гриле, двумя говяжьими палочками и мармеладным червячком.
— У нас есть еще и мармеладные червячки? — спросила я, потому что не видела ничего подобного в новом тайнике, который он мне показал.
— Нет, я припрятал парочку из прошлого сундука. Решил отдать их тебе, когда у тебя будет паршивый день и ты захочешь взбодриться.
Черт, я готова была растаять, превратившись в гигантскую лужу слизи!
— Я добавил сюда немного изотоника, — сказал он, передавая мне свою флягу.
У нас здесь было так мало еды, но Арчер все равно умудрился приготовить мне завтрак, от которого я почувствовала себя… особенной. Обо мне заботились. Полная противоположность тому, что Максим проделал вчера.
Наши взгляды встретились на миг, а затем я приняла решение за долю секунды — слегка наклонилась и поцеловала Арчера.
Я хотела, чтобы поцелуй был мягким и быстрым. Но наши губы хорошо знали друг друга, и они хотели большего, чем краткое воссоединение. Арчер обвил рукой мою шею, а другой — талию, и притянул меня к себе, скользнув языком в мой рот.
Даже спустя столько лет мое тело помнило его. Я обняла его и поцеловала в ответ, говоря телом то, что не могла выразить словами.
Поцелуй был открытым и страстным. Благодарным. Извиняющимся. Соскучившимся.
Когда мы, наконец, оторвались друг от друга, Арчер по-прежнему обнимал меня за талию. Его глаза сверкали темным сапфиром, а теплое дыхание танцевало на моих губах.
— Ло, — прошептал он.
Я приложила кончики пальцев к его губам, наконец, вспомнив, что Наттер находился поблизости и снимал нас.
— Позже, — прошептала я в ответ.
Он кивнул.
— Поешь сначала.
Затем Арчер убрал руку с моей талии, наш контакт прервался. Пульс все еще колотился от возбуждения, но приходилось скрывать это, иначе у продюсеров шоу в диспетчерской закружится голова. Драма. Интрига. Любовники, ставшие врагами, снова ставшие любовниками — сюжетная линия, которой они так ждали. Получилась бы хорошая история для телевидения, но для меня это была не игра. Это была моя жизнь. Мое сердце.
Мы с Арчером еще не были любовниками. Почему я так считала? Мы поцеловались, и на этом все. Его заботливость тронула меня, и я поцеловала его. Ну и что?