Я взял брезент, который мы пытались использовать в качестве одеяла, и вплел немного бечевки в отверстия по углам, затем привязал бечевку к четырем столбам, которые служили опорами для хижины. Когда я повесил брезент под углом, он неплохо защитил от дождя.
— Двигайся к середине, — посоветовал я Лорен. — Там суше всего.
Она отодвинулась в центр укрытия.
— А ты?
— Со мной все будет в порядке.
— Арчер, мы можем оба лечь в середине.
После нашего поцелуя я не смогу находиться настолько близко к Лорен и сохранять при этом рассудок. Я пытался придумать причину для отказа, но не придумал — растянулся рядом с девушкой, вперившись взглядом в брезент. Хотя я был не против сделать еще пару глотков виски, однако закрыл глаза, мечтая поскорее уснуть.
Когда я проснулся, дождь уже прекратился. Я пару раз моргнул и посмотрел туда, откуда Линда и Наттер нас обычно снимали. Они отсутствовали. Это означало, что было между часом и пятью утра — наше единственное свободное от камеры время.
Лорен прижималась ко мне сбоку, ее нога была зажата между моими, а рука лежала на моем животе. Ее голова покоилась на полу. Я пошевелил рукой, надеясь просунуть ее под шею, не разбудив девушку.
Приходилось двигаться очень медленно. Я обнял Ло одной рукой, но как только попытался положить ее голову себе на руку, девушка пошевелилась.
— Хм-м. — она открыла глаза. — Привет.
— Прости. Хотел приподнять твою голову.
В лунном свете я увидел, как на лице Ло появилось осознание. Она поняла, что ее рука лежала у меня на груди, а нога находилась между моими. Когда она собралась убрать ногу, я опустил ладонь ей на бедро, чтобы остановить ее.
— Не нужно, Ло.
Находиться с ней так близко было все равно что парить над гранью рая и ада, но я не хотел, чтобы это заканчивалось. Я протянул руку, чтобы прикоснуться к ее щеке, и Лорен, закрыв глаза, подалась навстречу моему прикосновению.
Когда я провел пальцем по ее губам, она вдохнула так глубоко, что я почувствовал, как приподнялась ее грудь.
Это была не незнакомка; это была Лорен — единственная женщина в мире, которую я знал настолько хорошо, что нам не нужны были слова для общения. Я провел пальцами по ее подбородку, шее, а затем спустился к груди. Лорен нетерпеливо задрала одну штанину моих шорт.
Она продвинулась рукой так далеко, как только могла, коснувшись члена через ткань, а затем сменила позицию, в одно мгновение оказавшись у меня между ног и дергая за пояс шорт.
Я сел и потянулся к ней, наши губы слились в отчаянном поцелуе. Лорен тихо застонала, когда я нежно прикусил ее нижнюю губу зубами, пока она все еще пыталась снять с меня шорты.
Я развязал верх ее бикини и отбросил лоскут ткани в сторону, сразу же лизнув и пососав один из сосков.
— О боже мой, — выдохнула Ло, и эти слова проникли в каждое нервное окончание моего тела.
Годы нашей разлуки делали каждое прикосновение совершенно новым и в то же время до боли знакомым.
Мы вместе разучивали па этого танца, только теперь знали его лучше. Неуклюжий подросток, который восхищался каждым дюймом тела девушки, теперь стал сильным, мудрым мужчиной, познавшим боль ее потери.
Лорен запустила руки мне в волосы, потянула за них и поцеловала так, словно от этого зависело ее выживание. Я взялся за трусики-бикини, но из-за того, что Ло обвила ногами мои бедра, снять их было нереально.
Вместо этого я легко их разорвал, обхватил ладонями голую попку, и Лорен застонала мне в рот.
Тяжело дыша, она слезла с моих колен и потянула за пояс моих шорт. Я лег на спину, спустил их до бедер, а Ло сняла их до конца.
Никогда не видел ее такой. Она знала, чего хотела, и не стеснялась это показывать. Лорен была чертовски сексуальна.
Она оседлала меня, опускаясь на всю длину члена, отчего я застонал. Я помнил ее буквально всю.
Я держал Ло за бедра, пока она объезжала меня, вонзаясь все глубже. Когда я больше не мог этого выносить, я сел и обхватил ее за попку, направляя движения. Затем впился в губы Ло, целуя ее, а она вцепилась в мои плечи и вскрикнула.
Она кончила, а я отстал от нее всего на пару секунд. Это был самый сладкий и сильный оргазм, который я когда-либо испытывал.
— Вау, — прошептала Лорен.
Я не нашел подходящего слова, чтобы описать мои чувства по поводу того, что только что произошло, но именно «вау» — единственное, что пришло мне на ум в этот момент. Я был поражен. Никогда в жизни у меня не было такого страстного и глубокого секса.
Сожалела ли Лорен о случившемся — я не желал знать. Не сейчас. Сейчас я просто хотел лежать здесь с ней. Реальность подождет до восхода солнца.