— Доброе утро, Кэт. — Он откинул крышку коробки с пончиками и увидел, как ее глаза загорелись, когда заметили бостонский крем.
— Лучший брат на свете, — сказала она, эстетично откусив кусочек, и посмотрела на часы. — Ты опоздал.
Он ухмыльнулся.
Она бросила на него мягкий взгляд.
— Ты был готов, когда я уходила. Ты мог бы поехать со мной.
Он пожал плечами, изображая невинностью.
— Мне нужно было забрать пончики.
— Это первый день съемок в сезоне, а ты уже мучаешь бедняжку Пейдж, — пожаловалась Кэт. — Зачем ты пытаешься ее задеть?
— Она слишком сдержана. В один прекрасный день я подтолкну ее к краю, и ей придется кричать на меня и называть мудаком в лицо, вместо того, чтобы говорить это в своей голове и строить из себя ледяную принцессу.
— Ты по уши в нее влюблен, — обвинила Кэт.
— Нет! — Он не был. Его взгляд упал на Пейдж, что беседовала с местным подрядчиком, которого они наняли для этого проекта, и ассистентом продюсера. Ее волосы – темно-каштановые, подстриженные под боб, до подбородка, – были собраны в короткий хвост и заправлены сзади под потрепанную бейсболку. На ней были джинсы, рабочие ботинки и бесформенная ветровка, вероятно, поверх одной из футболок, которые она предпочитала.
Кэт приподняла бровь.
— Что ж, возможно, оно и к лучшему, если это не так. Похоже, сын подрядчика запал на нее, и я бы с удовольствием посмотрела, перепихнется ли она с ним.
Голова Гэннона завертелась из стороны в сторону, словно была одержима. Взгляд остановился на долговязом парне в рваных джинсах и флисовой куртке «Клоусон Констракшн», который подошел к Пейдж и генеральному подрядчику. Он не мог расслышать, что тот сказал, но парень заставил Пейдж смеяться и смотреть на него, как на гребаного комика.
— Ага. Хорошо, что ты в ней не заинтересован, — сказала Кэт, спрыгивая со стула и похлопывая его по плечу.
Бормоча себе под нос, Гэннон решил поучаствовать в их маленьком междусобойчике. Он был ведущим шоу. Он должен был знать, что происходит. Он перешагнул через кабели и обошел одного из двух ассистентов продюсера, которыми могла похвастаться их маленькая съемочная группа.
— Хэй, Майк, верно? — сказал он, протягивая руку крепкому бородатому подрядчику. — Я – Гэннон. Мы говорили по телефону.
Кулак Майка размером с окорок сомкнулся вокруг его ладони в сердечном рукопожатии.
— Рад наконец-то познакомиться с вами, мистер Кинг, — сказал Майк с легкой улыбкой человека, привыкшего вставать в такую рань.
— Просто Гэннон.
— Я только что рассказывал Пейдж, как мы рады приступить к работе. Рассы – наши друзья и хорошие люди.
— Что ж, Пейдж позаботится о том, чтобы мы хорошо поработали для ваших друзей, — пообещал Гэннон, приобнимая Пейдж за плечи и прижимая ее к себе. Она напряглась от его прикосновения. — Она отлично справляется с управлением хаосом.
— До сих пор мы, определенно, были впечатлены, — согласился Майк. — Это мой сын, Брендон, — сказал он, указывая большим пальцем на парня во флисовой куртке.
— Брендон, — Гэннон протянул руку. Он вложил в рукопожатие немного больше силы. — Мы с Пейдж с нетерпением ждем возможности поработать с вами обоими. У «Клоусон Констракшн» солидная репутация.
— Что это, черт возьми, было? — прошипела Пейдж, выскальзывая из-под его руки, когда Клоусоны направились поговорить со своей бригадой.
— А что было? — спросил Гэннон со всей невинностью.
Она не ответила ему. Кому-то что-то понадобилось, и он зачирикал в наушнике ее гарнитуры. Пейдж настроила микрофон и ответила, что сейчас подойдет.