Флинн, к вечному смущению Пейдж, вручил ей подарочный пакет с новой майкой с надписью «El Jefe»59 и чмокнул в щеку, за что получил пинок от Гэннона.
Они поужинали пончиками, бейглами, данишами и кофе, и Гэннон объявил, что празднование продолжится с пиццей и пивом после работы. Пейдж наконец убедила всех, что вечеринка окончена и что пиццы и пива не будет, пока они не закончат съемки на сегодня. Когда все разошлись, она взяла пончик и пару минут на передышку.
Менее чем за двенадцать часов он испек для нее кексы, устроил импровизированную вечеринку-сюрприз и подарил ей четыре потрясающих оргазма. Добром это не кончится – в этом она была уверена. Их чувства друг к другу были слишком нестабильны, чтобы вежливо разойтись в разные стороны. Нет, это было бы грязно и болезненно, и даже без неизбежного разрыва количество времени, которого требовали бы отношения с ним, было астрономическим.
Но он купил ей воздушные шарики и запомнил, какой маркой шампуня она пользовалась. Он дал ей эту работу, это шоу, эту возможность. И то, что она чувствовала к нему, не укладывалось в рамки «симпатии» или «похоти». Это было что-то более глубокое. Что-то, чему она пока не была готова дать название. Она пнула металлическую ножку рабочего стола, что прогибался под тяжестью инструментов и разных строительных принадлежностей.
И она была бы полной дурой, если бы хотя бы не попыталась.
С верхнего этажа доносились звуки гвоздодеров, и где-то пара циркулярных пил быстро обрабатывала шпильки. Она нашла Гэннона на кухне, замеряющим размеры новой задней двери на террасу.
— Ладно. Мы встречаемся, — объявила она, скрестив руки на груди и свирепо глядя на него. — Доволен?
Он посмотрел на нее снизу вверх, стоя на коленях на полу.
— В экстазе.
— Если я испорчу эти отношения, не проводя с тобой достаточно времени или не удовлетворяя твои потребности, или будучи слишком эгоистичной, тебе некого будет винить, кроме себя, — предупредила Пейдж.
— Считай, что я предупрежден. — Он поднялся на ноги и вытер ладони о джинсы, прежде чем схватить ее. Она была быстра, но он был быстрее, и он заключил ее в крепкие объятия.
— Мы на работе, — напомнила она ему, бросая нервные взгляды через его плечо.
— Что ж, милая, это одна из моих потребностей. Я не буду скрывать этого от своих парней. Они практически моя семья. Ты можешь притворяться кем угодно перед своей командой, но мои ребята примут это на свой счет, если я им солгу.
— Черт возьми, Гэннон.
— На этот раз мы все делаем правильно, и ты должна быть готова иметь дело с последствиями. Я не собираюсь выдавать твой маленький грязный секрет. Перестань дуться.
Она почувствовала, как у нее на лбу обозначились морщинки.
— Я не дуюсь! Я думаю. Я никогда раньше не объявляла об отношениях.
— Ты придаешь этому слишком большое значение, — настаивал он.
Вошла Фелиция, жуя шоколадный эклер.
— Хэй, Пейдж. Как думаешь, сколько микрофонов нам понадобится сегодня? У меня вот два уже сдохли. Полный отстой.
Гэннон посмотрел на Пейдж и кивнул в сторону Фелиции, подтолкнув ее в спину.
— Эм, Фелиция. Я хотела бы сказать тебе… кое-что.
— Ты же не собираешься меня выгнать, правда?
— Боже! Нет!
— Ну, у тебя было такое болезненное выражение лица, говорящее: «Я должна тебя уволить».
Гэннон хихикнул у нее за спиной. Пейдж бросила на него недовольный взгляд.
— Нет, просто я… Мы с Гэнноном… мы только что начали встречаться. И я хотела, чтобы ты… понимаешь ли… знала, — Пейдж, запинаясь, закончила свое объяснение.
— Ладно, значит, я не уволена, и вы двое вместе? — уточнила Фелиция.
— В общих чертах – да.
Фелиция вскрикнула от восторга и схватилась за микрофон гарнитуры, которую носила на шее.