Она закрыла глаза и мысленно пробежалась по всем подробностям о новой семье. Двадцатисемилетняя Джой, с ее солнечной улыбкой и блондинистой стрижкой «пикси», с помощью забегов на 5 км, распродаж выпечки и молчаливых аукционов17, собрала достаточно денег на организацию программ арт- и зоотерапии в местном доме престарелых после того, как у ее дедушки диагностировали деменцию. Все свободное время вне работы социальным работником она посвящала заботе о своем любимом дедуле.
Дедуля сыграл роль свахи и познакомил Джой с посещающим его физиотерапевтом, который дважды в неделю добровольно приходил в дом престарелых. Джой и Тиган поженились прямо в его палате, когда дедуля был слишком болен для того, чтобы присутствовать на церемонии. Он ушел из жизни вскоре после их свадьбы, оставив Джой и Тигану дом, который построил собственными руками, после своей свадьбы. С тех пор, как ему поставили диагноз, дом пришел в упадок, но семейные узы делали его родным для пары.
Это была милая, трогательная история, и Пейдж с нетерпением ждала возможности рассказать ее.
Телефон просигналил о входящем вызове, и она поднялась. На экране мелькало имя Эдди.
— Что случилось, Эдди? — спросила она не тратя время на любезности. Он доверял ей выполнять ее работу и звонил только тогда, когда нужно было сообщить новости – обычно плохие.
— Плохие новости, детка.
Одолеваемая беспокойством, Пейдж открыла раздвижную стеклянную дверь на балкон. Та протестующе заскрипела. Она вышла на узкую полоску открытого пространства с видом на потрескавшийся асфальт парковки. Хлипкая стена, отделявшая ее балкон от соседнего, обеспечивала минимальное уединение.
— Каков ущерб? — спросила она, облокотившись на металлические перила.
— «Интерьеры для дома» только что присоединились к проекту.
Шоу и сеть магазинов товаров для дома обхаживали друг друга в межсезонье. Это был крупный рекламодатель, что означало большой приток денег и, скорее всего, несколько довольно внушительных требований.
— Чего они хотят в обмен на свои горы денег? — вздохнула Пейдж в трубку.
— Кэт и Гэннон теперь должны устраивать вылазку в их магазин в каждом эпизоде, чтобы выбрать детали для завершающих штрихов проекта, — с энтузиазмом «сорвал пластырь» Эдди.
Пейдж хлопнула ладонью по перилам, заставив их дребезжать. Оценив их неустойчивость, она отступила назад и принялась мерить балкон шагами.
— Ты надо мной издеваешься, Эдди? Они хотят задушить каждую каплю искренности, что есть в шоу? Зрителям нравится, что Гэннон и Кэт настоящие. Это заставит их выглядеть фальшивыми.
— Я знаю. Знаю. Но это было краеугольным камнем контракта.
— Это чушь собачья, Эдди. Ты не можешь их переубедить? Гэннон будет рвать и метать, и я не буду его винить. Это глупая идея.
— На данный момент мы ничего не можем сделать. Сделка заключена.
Пейдж провела рукой по волосам, убирая их с лица.
— Мне не нравится, что такие решения принимаются без обсуждения с Кингами. Это их шоу. Они и есть шоу.
Эдди тяжело вздохнул, как человек, слишком долго пробывший в этом бизнесе.
— Я понимаю, о чем ты говоришь, детка. Правда понимаю. Но…
— Да-да. Мы ничего не можем поделать, — закончила она за него. — Когда это требование вступает в силу?
— С этого выпуска. Примерно в ста милях18 от места съемок есть магазин.
Пейдж выругалась себе под нос.
— Сколько экранного времени на это отводится?
— Три минуты, и выбранные в магазине предметы обязательно должны быть использованы при показе результатов.
— Кто сообщит новости? Ты или я?
Пауза со стороны Эдди сказала ей все, что нужно.
— Отлично. Великолепно.
— Итак, как дела со всем остальным? — весело спросил Эдди.