— Да?
Гэннон пожал плечами.
— Ты уже должна быть режиссером. Ты опытнее Энди на два года, и мне нравится этот парень, но единственная причина, по которой это место получил он, а не ты, в том, что у него есть член и связи. В конечном итоге ты все равно делаешь половину его работы.
Пейдж удивленно моргнула.
— Мы с Кэт работали с тобой в этом сезоне, но Энди – племянник одного из боссов, и они готовят его к одному из шоу побольше.
— Вот черт.
Дыхание со свистом вырвалось из Пейдж, напряжение спало с ее стройных плеч.
— Это суровая индустрия для женщин, — сказал Гэннон. — Телеканал хотел подарить Кэт ее собственный проект между сезонами, но она отказалась от этого, потому что чувствовала себя недостаточно уверенно, чтобы требовать права принятия решений.
Он мог видеть, как в мозгу Пейдж крутятся шестеренки.
— Тяжело представить, что у Кэт может быть кризис уверенности в себе, — размышляла она.
— Она хотела бы иметь немного больше опыта за плечами, прежде чем соглашаться на что-то еще. Кэт наслаждается всем этим намного больше, чем я. В конце концов, я вернусь к тому, чтобы быть простым подрядчиком, но она сделает из этого долгосрочную карьеру.
Пейдж склонила голову на бок, на ее розовых губах заиграла улыбка.
— Знаешь, я не жалею о нашей рассадке так сильно, как думала, — призналась она.
Гэннон тихо рассмеялся.
— Я буду дорожить этим комплиментом вечно. Итак, что бы ты хотела продюсировать?
— Почему ты решил, что речь не о реалити-шоу?
— Ха, — фыркнул он. — У тебя столько же терпимости к этому дерьму, сколько и у меня. Ты просто слишком профессиональна, чтобы это показывать.
Она не потрудилась подтвердить или опровергнуть это, но Гэннон знал, что был прав.
— Я все еще размышляю, над каким проектом хотела бы работать, — сказала она.
Но она врала ему. Эти бесхитростные голубые глаза снова смотрели на книгу, лежащую у нее на коленях.
— Но у тебя должна быть хоть какая-то идея, — выпрашивал он. — И я доверился тебе.
Она медленно выдохнула и уставилась на сиденье перед собой.
— Мы с моей соседкой по комнате копим деньги, чтобы снять документальный фильм о женщинах в телевизионной индустрии. О разнице в оплате труда, гендерных стереотипах, сексуальных домогательствах. А потом мы сменим курс и посмотрим на женщин, которые пробились к успеху и проложили путь для нас всех.
— Вау.
— Да, думаю, ты можешь себе представить, как недовольны будут «Саммит-Уингенрот», узнав о моем маленьком личном проекте.
— Ты уходишь из шоу? — спросил Гэннон, внезапно охваченный беспокойством. Он только начинал узнавать ее. И не был готов попрощаться, не выяснив, какая она на самом деле.
Она покачала головой.
— Точно не в следующем сезоне. Мы с Бэккой копим, чтобы нам не потребовалось привлекать много средств, если вообще потребуется, для съемок. Мне необходима работа в этом и следующем сезоне, чтобы внести свою половину.
— Твоя зарплата – дерьмо.
Пейдж засмеялась, но не обиделась.
Это было правдой. Гэннон знал, что при том объеме работы, который она выполняла на съемочной площадке, она должна была зарабатывать почти вдвое больше, чем сейчас.
— Мы откладываем деньги вот уже два года, — продолжила Пейдж. — И дерьмовые деньги – все равно деньги. Мы едим бананы и рамен и пьем воду из-под крана, когда нет возможности заказать что-нибудь повкуснее.
Гэннон откинулся на спинку сиденья, переваривая информацию, которую она ему только что сообщила. Итак, Пейдж Сент-Джеймс не только не была марионеткой телеканала, но и хотела приоткрыть занавес и показать миру грязную сторону телевидения, а также женщин, сталкивающихся с ней.
— Расскажи мне больше, — потребовал он.
--------
Когда Пейдж начала зевать в конце каждого предложения, Гэннон решил прекратить их разговор и дать ей отдохнуть. Она спала меньше всех в съемочной группе. Первая приходила на площадку, последняя уходила с нее. Она подавала пример, и все ему следовали. Когда он посмотрел на их маленькую команду, по-настоящему посмотрел, то понял, что Пейдж была тем самым связующим звеном, которое заставляло их двигаться вперед, поддерживая позитивный настрой. И он чувствовал себя полным идиотом из-за того, что недостаточно ценил это.