— Мне пора, Лиза. Я свяжусь с тобой позже вместе с Кариной.
— До скорого.
Пейдж отключилась и прижала телефон к груди. Она намеренно проигнорировала интерес сестры к ее сексуальной жизни и решила сосредоточиться на хороших новостях. Если кто и заслуживал чуда, так это Дюфуры. Это могло перерасти в нечто большее, чем просто создание приятного места, которое можно назвать домом. Ей казалось, что она вот-вот взорвется от волнения.
Рывок за подол майки заставил ее вздрогнуть.
— Эштон! — обрадовалась Пейдж, увидев улыбающегося ей мальчика. Стоя рядом с родителями, он казался совсем маленьким из-за огромного букета цветов, который держал в руках.
— Мисс Пейдж, мы принесли вам это, — сказал он, протягивая ей букет.
— Для меня? — Пейдж зарылась лицом в прекрасные цветы.
— Мы никогда не сможем отблагодарить вас за то, что вы спасли Эштона, — сказала ей его мать, симпатичная брюнетка с застенчивой улыбкой. — Если бы не вы… — она замолчала, и ее муж обнял ее за плечи, нежно сжимая.
Отец Эштона, высокий и долговязый, с голубыми глазами, как у его сына, улыбнулся.
— Мы в долгу перед вами. Если вам когда-нибудь что-нибудь понадобится в Портленде, все, что вам нужно сделать, это попросить.
— Спасибо. У меня… нет слов, — призналась Пейдж.
— У тебя много бо-бо, — объявил Эштон, изучая видимые повязки на ее руках и ногах. Пейдж пожалела, что не надела джинсы.
— Всего лишь несколько шишек и ушибов, — заверила она его.
— Я был храбрым, мисс Пейдж? Мама говорит, что да. — Эштон переступал с ноги на ногу в новых кроссовках с динозаврами.
Она присела перед ним на корточки.
— Ты был очень храбрым, — согласилась Пейдж. — Ты оставался спокойным, и это помогло мне тоже успокоиться.
Он широко улыбнулся и обвил ее шею руками, раздавив цветы между ними. Пейдж рассмеялась и крепко сжала его в ответ.
— Пять минут, — объявил Энди в наушниках. Пейдж отпустила Эштона и встала.
— Дюфуры уже в пути. Вы останетесь на показ результатов?
— Мы бы этого не пропустили, — пообещал отец Эштона. — Давай, приятель. Пойдем подготовим плакаты для Малии.
Они поспешили прочь, оставив Пейдж с охапкой цветов и глазами на мокром месте.
— Если ты сходишь за Кингами, я поищу воды для них, — вызвался Сэм, появляясь рядом с ней.
— Ты лучший, Сэм. Ты никогда не сможешь покинуть это шоу. — Это была угроза, которую она повторяла еженедельно.
Он ухмыльнулся ослепительной улыбкой, достойной рекламы Colgate.
— Ты говоришь это всем личным ассистентам.
Она направилась к палатке для кейтеринга и обнаружила, что Гэннон и Кэт перекидывают попкорн друг другу через стол.
— Мы готовы, ребята, — позвала Пейдж.
Кэт поймала ртом зернышко и вскинула кулаки в воздух.
— Чемпионка по ловле попкорна ртом!
Гэннон бросил пригоршню в сестру.
— Я требую реванша.
— Реванш может подождать несколько часов, — сказала Пейдж с притворной строгостью, выковыривая зернышки из волос Кэт. — Здесь собралась толпа из двухсот человек, которые ждут, пока вы двое их поразите.
— Тяжелая задача, — сказала Кэт, нанося блестящий розовый блеск для губ с помощью карманного зеркальца. — Готов, старший брат?
— Давай покончим с этим, — вздохнул Гэннон. Это была его фирменная фраза в день показа, и Пейдж часто шутила, что закажет футболки с этой надписью.
Он вышел вслед за сестрой и, проходя мимо, бросил на Пейдж горячий взгляд, обещающий голое и потное продолжение.
Это будет действительно хороший день.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
Этот показ результатов вошел в список Гэннона как один из его любимых. Карина расплакалась еще до того, как они с Кэт убрали брезент, скрывающий дом. Малия была так взволнована, что бегала кругами, пока Пейдж не пришлось поймать ее и уговорить вернуться в кадр.