Кэт стрельнула ядовитым взглядом в Гэннона, который в ответ безучастно уставился на них. Девушка высвободилась из хватки Миган и встала рядом со своим братом.
— Сюрприз! — сказала Миган, поворачиваясь так, чтобы одарить объективы Тони и Рико своей улыбкой мощностью в миллион ватт.
— Э-эм, снято? — Тихо подал голос Энди. Он взглянул в сторону Пейдж, в его глазах читалось замешательство и смущение увиденным.
Водитель Миган, нетерпеливый, как золотистый ретривер, нетвердой походкой подошел, чтобы передать своей хозяйке ее огромную сумку от Michael Kors.
— Возьми, милая, — сказала Миган, бросая огромную сумку Пейдж в руки. — Сделай с ней что-нибудь и принеси мне соево-ванильный латте со льдом и двойными сливками.
У Пейдж перехватило дыхание. Она взглянула на сумку в своих руках и швырнула ее на стул так, будто случайно подобрала труп животного на дороге. Она не смотрела ни на Гэннона, ни на Кэт.
Миган прогарцевала к Энди, перебрасывая волосы через плечо.
— Не возражаешь, если я посмотрю запись?
— Э-эм, почему бы нам всем не отдохнуть часок? — услышала Пейдж голос Энди в наушнике и через незакрытое ухо. Она не стала ждать, пока кто-нибудь еще придет в себя после увиденного. Пейдж сдернула наушники и микрофон и побежала прочь.
— Пейдж, — начал Гэннон. Но она подняла руку, обрывая его. Ему нечего было сказать ей из того, что она хотела бы услышать. Не с размазанной по губам помадой Миган Тракс.
--------
Пейдж чувствовала себя неловко из-за того, что забрала съемочный фургон в отель, но она не могла смириться с тем, что кто-то еще был рядом. Ей нужно было побыть одной.
Она остановилась у автомата, взяла себе свое запретное утешение – ледяную колу – и машинально ткнула в кнопку своего этажа в лифте. Двери закрылись, и, наконец, убедившись, что она одна, Пейдж обмякла, прислонившись к задней стене. И тогда внутренние дебаты, которые бушевали в ее голове в течение последних десяти минут, разгорелись с новой силой.
Что, черт возьми, произошло?
Гэннон солгал. Вот что произошло.
Он неоднократно лгал ей о своей связи с этой… этой… личностью. Ненавидела ли она Миган за то, что та была кем-то для Гэннона? Или у нее были на то веские причины?
Двери бесшумно открылись, и она, шаркая, вышла на красно-золотой ковер, который напоминал ей о казино.
Они не заметили ее, поняла Пейдж, чувствуя, как ее сердце бешено колотится в груди. Гэннон, которого Миган обвивала словно плющ, боролся с ключ-картой, чтобы открыть дверь.
— Мне нравится, когда мужчина нетерпелив, — почти промурлыкала Миган. Пейдж чуть не вырвало.
— Заходи внутрь, — приказал Гэннон, втаскивая ее через порог и захлопывая за ними дверь.
Горячие слезы обожгли глаза Пейдж. Она повернулась и побежала в свою комнату в противоположном конце коридора. Протиснувшись в дверь, она бросилась на кровать и накрыла голову подушкой.
О чем она только думала? Самодовольный голос матери звучал у нее в голове. Чего ожидала, связавшись с Гэнноном? Ей следовало бы знать лучше.
Она чувствовала головокружение и тошноту. Ощущала себя полностью раздавленной. Она не заметила, как ее чувства к Гэннону стали настолько сильными. Они подкрались к ней незаметно. Какой же дурой она была. И он позволил ей быть ею. Она не могла в это поверить, не могла сопоставить Гэннона, который держал ее на руках и делился с ней детскими историями, с тем Гэнноном, который только что затащил Барби с телеканала в свой гостиничный номер.
Ей хотелось разозлиться на него, колотить кулаками в грудь до тех пор, пока ему не станет так же плохо, как и ей.
Но она справлялась с проблемами не так. У нее была работа, которую нужно было выполнять, и она не позволит лживому мудаку-изменнику помешать ей. Нет, она станет Ледяной Королевой и заморозит его задницу под палящим солнцем Нью-Мексико.