Все произошло за две секунды.
— Оля! — Кристина первой пришла в себя и бросилась в погоню, стреляя на ходу.
Пули бесполезно отскакивали от панциря монстра. Ваня тоже открыл огонь. Но тварь была слишком быстрой. Она лавировала между «волосами», и через несколько мгновений ее извивающийся силуэт исчез из виду.
Они остались стоять одни посреди поляны. Оглушенные. Беспомощные.
— Что… что это было? — выдохнула Кристина. — Почему он не убил ее? Зачем она ему?
— Он утащил ее в свое логово, — глухо ответил Ваня. — Чтобы съесть позже. Или… для чего-то еще.
Он посмотрел в ту сторону, куда скрылся монстр. Его лицо было бледным, но решительным.
— Мы идем за ней.
— Вдвоем? — Кристина посмотрела на него. — Ваня, мы его даже ранить не смогли! Он убьет нас!
— А что ты предлагаешь? Вернуться в лагерь и сказать Данилу, что мы просто стояли и смотрели, как тварь утаскивает одного из наших? — в его голосе звенел металл. — Я так не могу.
Он был прав. Бросить Олю, какой бы невыносимой она ни была, — это означало предать не только ее, но и самих себя. Предать тот хрупкий кодекс выживания, который позволял им оставаться людьми.
— Где Илья? — спросила она.
— Не знаю. Может, мертв. Может, прячется. Мы одни.
В этот момент из-за «волоса», где они оставили Олега, донесся тихий стон. Они бросились туда.
Илья был жив. Он лежал, прижавшись к основанию «волоса», и зажимал рану на боку. Его лицо было искажено от боли.
— Оно… выскочило из ниоткуда, — прохрипел он. — Олега сразу… а меня просто отбросило. Я ударился головой, потерял сознание.
— Жнец утащил Олю, — быстро сказала Кристина.
Глаза Ильи расширились от ужаса, а потом наполнились яростью.
— Куда?
Ваня указал направление.
— Встать можешь? — спросил он Илью.
Тот, морщась, с трудом поднялся на ноги.
— Могу.
— Тогда идем, — сказал Ваня. — Втроем у нас больше шансов.
Они двинулись по следу. Это было нетрудно. Жнец оставлял за собой едва заметную влажную борозду. Они шли быстро, но осторожно, проверяя каждый «волос», каждую тень.
След привел их к гигантскому, почти сгнившему у основания «волосу». В нем зияла огромная дыра — вход в логово. Изнутри пахло гнилью и чем-то кислым.
— Она там, — прошептал Илья.
Они приготовили оружие. Ваня жестом показал, что он пойдет первым. Кристина и Илья — за ним, прикрывая фланги.
Они шагнули в темноту.
Внутри было просторное, похожее на пещеру, помещение. Стены были покрыты застывшей слизью. В центре, в слабом свете, пробивающемся через дыры в «потолке», лежала Оля. Она была без сознания, но, кажется, цела. Она была опутана тонкими, липкими нитями, которые приковывали ее к полу.
А над ней стоял Жнец. Он не ел ее. Он медленно, методично, одним из своих лезвий делал надрез на ее руке. Затем он приложил к ранке свою треугольную голову и, казалось, начал что-то впрыскивать внутрь.
— Что он делает? — прошептала Кристина.
— Он… откладывает в нее личинки, — с ужасом и отвращением выдохнул Илья.
Жнец, почувствовав их присутствие, поднял голову. Его черные глаза сфокусировались на них. Он издал тихий, угрожающий стрекот.
— Сейчас, — скомандовал Ваня. — Огонь по сочленению головы и туловища! Все вместе!
Они выскочили из укрытия и одновременно открыли огонь. Три ствола ударили в одну точку. Жнец взвыл от боли, когда пули начали пробивать его слабое место. Он бросил Олю и ринулся на них, размахивая своими смертоносными лезвиями.
Начался бой в замкнутом пространстве. Они стреляли, уворачивались, откатывались в стороны. Одно из лезвий Жнеца ударило по стене рядом с головой Кристины, высекая сноп искр.
— Он слишком сильный! — крикнул Илья, его рана на боку открылась и кровоточила.
Кристина увидела то, что могло дать им шанс. С потолка свисали толстые, похожие на сталактиты, комки застывшей слизи.
— Стреляйте по потолку! — заорала она. — Обрушьте его!
Они перевели огонь наверх. Несколько очередей ударили в основание самого большого «сталактита». Он треснул. Жнец, поняв их замысел, прыгнул в сторону, к выходу.
Но было поздно.
С оглушительным треском огромная глыба застывшей слизи рухнула вниз, погребая под собой монстра.
Они бросились к Оле, разрезали липкие путы. Она была без сознания, но дышала. На ее руке, в месте укуса, быстро расплывалось темное, уродливое пятно.
— Нужно нести ее в лагерь! Быстро! Наташа должна знать, что делать! — сказал Илья.