- Возможно, ты прав, синдром привыкания, я почти «сроднился» с этой мразью, а теперь,
когда его не стало, утратился не то, чтобы смысл жизни, просто ушла некая острота, боль,
причиняющая мне жуткие страдания, но от этого пустившая корни в самом сердце.
Белов кивком поблагодарил официантку, поставившую перед ним чашку кофе, и усмехнулся,
взъерошив ёжик волос с импозантной проседью.
- Женщину Вам надо, - знающим тоном заявил Денисов, играя остатками коньяка на донышке
пузатого бокала. – Так и до ручки дойти можно.
- После смерти Наташи вот здесь, - Белов в сердцах стукнул себя кулаком в грудь, - боль,
тоска, не могу я без неё, Коля…
Денисов понимающе замолчал, отмечая набрякшие мешки под глазами начальства.
- Возьмите отпуск, Павел Дмитрич, слетайте с Лерой в Сочи.
- В несезон-то?
- Отель с бассейном, спа-процедурами, Вам нужен релакс, сами говорили, пять лет не были в
отпуске.
- Да, конечно, ты прав, - Белов в два глотка прикончил кофе, рывком поднялся с места и
положил на стол тысячную купюру.
- Ты знаешь, в чём-то Смолин был прав!
- Это в чём же?
- Я жертвую собой ради других, не знакомых мне людей, но ведь если не я, не ты, если не
такие как мы, тогда во что превратится мир?
- Мир? А не будет никакого мира. Армаггедон.
- Армаггедон…
Денисов изумлённо наблюдал за тем, как Белов надевает чёрное пальто, как застёгивает все
пуговицы, и, не прощаясь, выходит из заведения, чеканя пружинистый размашистый шаг.
- Точка икс за чертой невозвращения, всего один шаг… - пробормотал майор, проследив в
окно за садящимся на пассажирское место в свой автомобиль Беловым. – Всего один шаг…
Расплатившись по счёту, Денисов вышел на улицу, где, подставив под струи дождя гладко
выбритое лицо, в упоении закрыл глаза. Потоки дождя смывали с него всю накопившуюся душевную
грязь, делая чище, нежели он есть на самом деле. Выйдя из морального оцепенения, Николай кивнул
водителю, стряхнул с куртки капли дождя и уселся на переднее сидение своего тёмно-синего
внедорожника.
- Легион, так легион, - ухмыльнулся Денисов.
- Куда, Николай Петрович? – спросил водитель.
- В контору, - ответил Денисов. «Дворники» весело заработали, расчищая лобовое стекло, а
майор заговорщически подмигнул полной луне, мерцавшей высоко в небе холодноватым жёлтым
светом.
Приехав домой, Белов застал Леру за уроками: девочка уютно устроилась на диване,
обложившись учебниками, а любимый терьер Снежок примостился рядом, уткнувшись пуговичным
носом в её бедро
- Валерия Павловна, - гаркнул полковник, расстёгивая пальто. Лера радостно вскочила с места
и с визгом повисла на шее отца, целуя его в упругую щёку.
- Папа!!!
- Грызём гранит науки? – Белов бросил пальто на спинку стула, бережно опуская дочь на пол.
- Yes, yes, daddy!!!
- How is going on, my cherry? Everything is good?
- Yes, but i miss you, daddy! Are you hangry? В смысле кушать будешь, папуль?
- Буду, - коротко ответил Белов, усаживаясь на диван.
- Тогда марш мыть руки! – распорядилась Валерия, упорхнув на кухню, а полковник,
откинувшись на спинку дивана, взял одну из тетрадок дочери и бессмысленным взглядом уставился
в расползающиеся от навернувшихся на глаза слёз строки.
«Сначала Юля, теперь Наташа», - с тоской подумал он. Судьба забрала не только дорогих ему
женщин, но и близкого друга, коим стал его подчинённый Артём. Полковник знал, что работа
накладывает свой отпечаток, и у работника правоохранительных органов вырабатывается стойкий
имуннитет к смерти, но за долгие годы службы Павел, находясь в чине полковника, так и не смог
привыкнуть к вечной боли потерь. Жизнь без Натальи Кравцовой потеряла для него всякий смысл, и
если бы не Лера, Белов бы впал в отчаянье, или же пустился во все тяжкие.
- Пап, иди есть, я разогрела тебе суп и мясо по-французски с картофельным пюре.
- Это кто же тут у меня такой хозяйственный? – усмехнулся Белов, завидуя дочери, заметно
оправившейся после смерти матери.
«Дети быстрее взрослых адаптируются в подобных ситуациях», - вспомнил он слова
психолога, к которому они с Натальей водили Леру после кровавой резни, устроенной Смолиным на
свадьбе Артёма и Даши.
- Я только разогрела, - Лера, с двумя хвостиками, в домашнем спортивном костюме,
выглядела настолько трогательной и беззащитной, что у Белова захолонуло сердце. Теперь, когда зло
уничтожено под корень, он может наконец-то расслабиться, взять отпуск, и по совету Денисова
улететь на юг, куда его так настойчиво всегда заманивала Наталья.
- Лера, - Белов отодвинул стул с высокой спинкой, усаживаясь перед красиво сервированным