Глава XXX
Теория электромагнитного усложнения. Часть II
— Я не зря сказал, — послушно приступил к выполнению задачи Мотя, — что эфир — это место, где все процессы берут своё начало. Эфир — это кузница всех субатомных частиц. Я считаю, что причина природы жизни пространства кроется в эфире. На мой взгляд, природа заряда обусловлена фундаментальными частицами, из которых и состоит сам эфир. И из этих же частиц впоследствии состоят абсолютно все иные частицы. Ведь материя — есть лишь скопление энергии. Материя представляет собой вид сложной гармонии энергии, образованной частицами эфира. Энергия — это эфир. Всеобъемлющий эфир, соединяющий единой сетью Вселенную, он является строительным материалом всей материи и по совместительству её зарядом. И именно неиссякаемость энергии эфира и является причиной неиссякаемости заряда всех частиц.
— Чтобы не быть настолько далёким от действительности во взаимодействии частиц, — пренебрежительно закатил глаза В, — я рекомендую тебе для начала прочесть пятое издание Блохинцева «Основы квантовой механики», а потом и книгу великого советского и российского физика-теоретика, профессора и доктора физико-математических наук Грибова «Квантовая электродинамика». Ну или хотя бы её главу «1.3», где рассматривается электромагнитное поле и механика фотона. Глядишь, что-нибудь да начнёшь понимать. Но если ты уже сейчас «величайший ум всех времён», то скажи: из чего состоит твой эфир? Если он и за гравитацию отвечает, и за наделение частиц зарядом? Эфир состоит из «фундаментальных частиц»? Позволь поинтересоваться, из каких таких «фундаментальных частиц» может состоять эфир, чтобы умудряться нести в себе озвученные тобой свойства? Что-то среди шестидесяти одной фундаментальной частицы Стандартной модели я никак не могу припомнить ни одной с подобными свойствами. Ни за восемнадцатью кварками или восемнадцатью антикварками, ни за шестью лептонами или шестью антилептонами, ни за тринадцатью бозонами, восемь из которых глюоны разных типов. Насколько мне известно, ни за одной из этих частиц не числится озвученных тобой свойств. Или ты, как всегда, сболтнул, не подумав?
— Мало того, — резво заговорил Мотя, — что я читал Грибова. Так я даже знаю, что за несколько лет до Хокинга Владимир Наумович Грибов открыл излучение частиц чёрными дырами, счёл его «само собой разумеющимся» и явно вытекающим из имеющейся в ОТО модели пространства явлением, и оттого не опубликовал свою работу на эту тему. Впрочем, как это часто бывает у поистине талантливых изобретателей, когда само свершение дела для них важнее криков о свершённом деле и одобрения окружающих. И лекции столь великого человека, как Владимир Наумович, переведены на многие языки и издаются, в том числе, и в Кембридже. Поэтому спасибо за совет, но с твоего позволения, в своих рассуждениях я предпочёл бы выйти за рамки релятивистской инвариантности, играющей в классическом научном подходе фундаментальную роль при поисках новых физических закономерностей и строго ограничивающей собой допустимые физические уравнения. В этой связи хотел бы заметить, что я никогда не «болтаю, не подумав», — отбивался Мотя, — ты меня с кем-то путаешь. Хотя, уверен, что не путаешь, а просто, как всегда, сболтнул, не подумав.
— Симметричные обвинения в стиле «сам такой», — брезгливо поморщился В, — у нас даже в начальных классах были уже непопулярны и считались признаком скудоумия. Но для человека, отрицающего закон всемирного тяготения и отбрасывающего в своих рассуждениях релятивистскую инвариантность, такие контраргументы, как видится, в самую пору!
— А у нас в начальных классах дети другими вещами интересовались, и даже изощрённые оскорбления друг друга считались чем-то зазорным. А у тебя, как видится, «оскорбления собеседника» и по сей день вызывают наибольший интерес. Настолько огромный, что даже разговор про эфир его не перебивает.
А вот этот ответ уже был куда более увесистым. Во втором раунде словесных препираний я бы отдал победу Моте!
— Ранимость во взаимных колкостях, — не унимаясь, продолжал с ухмылкой В, — оголяет комплексы человека. Что, собственно говоря, ты своей обидой наглядно и демонстрируешь. Как можно говорить о таких серьёзных вещах, как глубинные нюансы окружающего пространства, с человеком, не способным изучить даже самого себя и разобраться в своих насущных проблемах?