— Если люди не будут мстить — не будет и отрицательных событийных проекций, поучающих наглецов уму-разуму. Как хам получит по лицу, если все откажутся мстить?
— Человек найдёт своё наказание и без твоей помощи. А если все откажутся мстить, то хамов не останется, и мстить будет не за что и некому. Ведь сами хамы — мстят другим людям из-за своих комплексов и страхов. Они ненавидят людей, потому что ненавидят себя. А ненавидят себя, потому что ненавидели их. И прекратить череду ненависти можно лишь разорвав замкнутый круг бесконечной ненависти, передающейся от одного человека другому. Разорвать его прощением. А принцип «око за око» — сделает весь мир слепым.
— Как бы там ни было, — неприязненно отмахнулся В, — прощение — это легко и просто, а для мести нужна сила, и это сложно.
— Прощение только на первый взгляд кажется чем-то простым и доступным. Терпеть гнёт и унижения — просто и доступно. А прощение — это великая работа. Работа, во-первых, по созданию в себе силы, способной к ответу на проявленное разрушительное воздействие в твою сторону. А во-вторых, работа над собой в преодолении искушения применить такую силу во имя разрушения. Ведь в момент осуществления мести соблазн применить силу и реваншироваться очень высок. Разрушением ответить на разрушение — одно из тяжелейших искушений. Мало кто способен ему противостоять. И только человек, обладающий силой и способный ею не воспользоваться в разрушительных целях в момент возможности это сделать, имеет шанс простить и прекратить тем самым череду разрушений. Только человек великой силы имеет возможность остановить замкнутый круг разрушения за разрушение. Один из высочайших смыслов жизни заключается в обретении силы не ради мести, но ради прощения.
— Очередная философская лабуда «за всё хорошее», — с пренебрежением в голосе махнул рукой В. — Что же до меня, то я не могу представить себе ситуации, при которой какой-то отвратительный человек совершил бы акт агрессии в сторону моих близких, а я бы «простил» ему это. Чушь собачья! На сотворённое в мой адрес добро — я отвечу добром. А на сотворённое зло — отвечу только злом, и не иначе. Ничто не заставит меня ответить добром на зло. Вот такой вот я неправильный.
— Прощение — это отказ от разрушения, вследствие наличия любви внутри тебя. Совсем не обязательно проявлять дружелюбность и как-то активно созидать в сторону обидчика. Вычеркнуть человека из своей жизни — вполне достаточная мера. Простил и отпустил. Прощение — не о бесконечном одностороннем вливании положительных действий в обидчика. Прощение — об ошибочности мести. Прощение предлагает тебе не мараться и не запинаться о разрушительное воздействие на жизнь обидчика. Прощение даёт возможность не расплёскивать свой ресурс попусту. А необходимые уроки другой человек получит и без твоего участия в его разрушении.
Я рассуждал. Получается, что само по себе прощение будто бы доступно любому человеку. Но в действительности, чтобы иметь возможность простить, нужно обладать большой силой как внешней, так и внутренней. Ведь легко «закрыть глаза» на гнёт в свой адрес, когда нет возможности противостоять. И как же сложно не вдарить по обидчику со всей силы, когда сила таки появляется. Выходит, что прощение — не такое уж и простое действие, как о нём принято думать и как о нём говорят всевозможные учения. До сегодняшнего момента я слабо понимал разницу между терпением и прощением. Теперь же разница между двумя понятиями мне виделась поистине разительной.
Но меня по-прежнему не покидали вопросы несправедливости устройства человеческого социума. Мало того что люди, обладающие силой, не желают делать выбор в сторону прощения. Так они всё сильнее и сильнее ухудшают жизнь других людей. В моей голове всколыхнулись бойни в школах, бомбардировки Хиросимы и Нагасаки, мировые войны и концентрационные лагеря. Молчать далее было выше моих сил, и я разразился протестом о творящейся вокруг тотальной несправедливости.
— Ты знаешь, Моть, — вклинился в разговор я, — лично мне близки твои идеи касаемо прощения и всего связанного с любовью. Но с точки зрения человечества в целом, происходят процессы диаметрально противоположные прощению и любви — тотальная жестокость и бесконечная месть. Вражда и взаимная ненависть, о которых говорит В. Жизнь людей — это совсем не прощение. Это бомбардировки мирных жителей, бесконечные войны и концлагеря. Детская смертность и теракты. Я понимаю, что это очень тяжёлые темы для обсуждения. Но прятать от них голову в песок, как это делают всевозможные доктрины, рассказывающие о «всеобщем благе и радости», — не самое честное занятие. Если мы говорим о процессах социума с точки зрения миропонимания, то такие вещи нужно в первую очередь встречать лицом к лицу.