— Не каждому по силам пройти весь путь и отыскать верную дверь, — с сожалением ответил Мотя. — Но если книги с тропами знаний поняты хотя бы единицами, то это уже хорошо. Значит, труды всё-таки были проделаны не напрасно и кому-то тропа да помогла. Значит, человечество двинулось в своём усложнении вперед хотя бы на микрон. Как говорит мой старый знакомый: «Лучше помочь одному человеку, чем насмешить миллионы».
— Помочь? — с презрением воскликнул В. — Да кто ты такой, чтобы лезть с помощью к другим людям? Кто ты такой, чтобы трактовать мироздание? Кто ты такой, чтобы говорить о «законах» и «правилах» жизни? Ты, что ли, избранный? Великий учёный? Ниспосланный пророк? Инопланетянин? Или кто? Почему ты счёл возможным для себя открывать рот на тему неизведанного? Козыряешь тут демонстративно своей верой в Бога направо и налево, извергая заумности. Откуда в тебе столько наглости и самонадеянности?
— Я не козыряю верой в Бога, — улыбнулся Мотя. — Как я могу козырять тем, чего у меня нет? А веры в Бога во мне нет ни капли. Ведь я не верю в Бога. Верят или не верят те, кто не знают наверняка… А я отчётливо осознаю существование Бога. Поэтому не нужно называть меня верующим. Я не верующий. Я осознающий и ощущающий перманентное и неизменное присутствие Бога в окружающем пространстве. Кто я такой? Я, как и любой другой человек, лишь частица всеобъемлющего Бога. Я люблю мир и интерпретирую его как умею. Я интерпретатор. Или истолкователь. Как тебе удобно.
Глава LXIV
Три этапа
— Ты безнадёжный романтик и идеалист, Моть, — с грустью в голосе вздохнул В. — Не буду тебя расстраивать, что твоя неуёмная вера в человечество непременно разобьётся о зияющую мраком действительность и тебя постигнет участь любого мало-мальски соображающего человека — разочарование в людях. Не буду говорить, что твои созидательные потуги останутся тщетны и безответны. Не буду говорить, что окутавшая твой энтузиазм пустота расколет большое сердце на маленькие безжизненные осколки.
— А что, если я скажу тебе, — словно услышав желаемое, вцепился Мотя, — что разочарование — лишь очередная ступень на пути познания истины? Что пустота, стремящаяся расколоть сердце, лишь очередной виток тропы познания? Что всё тобой перечисленное — это лишь один из последних виражей, коварно поджидающий перед финишной прямой? Что, если я скажу тебе, что разочарование мне не предстоит, а что оно уже позади? Что всё, о чем ты говоришь, и о чём меня предупреждаешь и предостерегаешь, давно было в моей жизни? Способен ли ты допустить и представить, что то, что ты считаешь, меня якобы «ждёт впереди», уже в моей жизни благополучно прошло? Что всё тобой перечисленное — я уже встретил. Способен ли ты понять, что обозначенное тобой якобы «окончание человеческого пути» в точке разочарования в людях в действительности лишь начало истинного познания людей? Достаточно ли в тебе широты охвата для такого действия? То, что тебе кажется финалом и венцом человеческого понимания, не более чем промежуточный этап на пути всеобъемлющего познания. Способен ли ты хотя бы допустить такую версию реальности? Что за обозначенной тобой якобы максимальной глубиной погружения кроется колоссальная непознанная бездна. Что за самостоятельно воздвигнутой стеной, принимаемой тобой за окончательный тупик, сокрыт подлинный мир.
— Как я могу допускать подобное, — без малейших колебаний отреагировал В, — если мне доподлинно известно, что моё нынешнее понимание мира — это конечная станция, познав и прочувствовав которую, я наконец-то начал становиться тем, кто я есть — человеком, берущим от жизни всё, что хочется. Только дойдя до стадии разочарования в людях, я смог начать контролировать свою жизнь и выстраивать её заново. Только после того как пали последние иллюзии относительно людей, я очутился в реальности.