- Думаешь, я смогу? – во время всей «беседы» челюсти йете были плотно сомкнуты, но лицо принимало разные выражения. Он менял направление взгляда: отводил в сторону, смотрел вдаль, мог заглянуть Ире прямо в глаза. Порою опускал голову или отворачивался.
Не знаю. Но верить хочется. Надежда умирает последней.
- Ты слишком хорошо знаешь жизнь людей, - заметила Ира, в нерешительности опускаясь на траву в двух метрах от «собеседника». – И говоришь очень по-человечески. Со многими людьми общался?
Достаточно.
По взгляду Ирина поняла, что от её вопроса пытаются уклониться.
Они все живы, не волнуйся, - поспешил заверить обитатель леса.
- С чего ты взял, что я волнуюсь, - возразила Ирина и недоверчиво посмотрела на йете. – Всё же знаешь мои мысли.
Ошибаешься, - темные глаза внимательно взглянули на девушку. – Как бы мне не хотелось, понятия не имею, о чем ты думаешь. Но я неплохо чувствую сторонние эмоции, как сильные, так и едва уловимые. Внешне они могут не проявляться, возможно, ты сама их испытаешь не так ярко, как почувствую я.
- И что еще ты можешь? – спросила Ирина, интерес понемногу начал вытеснять боязнь.
Могу передать тебе свои эмоции и страхи, тебе же они будут казаться твоими собственными, - без бахвальства, повестил йете.
- Можешь на меня страха напустить? – уточнила Ирина, вспоминая при этом слова троюродного брата.
Зачем же, - лесной житель смешно сморщил темный нос. – Только поделиться собственными чувствами.
- То есть, чтобы меня напугать, тебе самому надо испугаться?
Ирине ответили кивком лохматой головы.
- И чего же ты боишься? – на всякий случай поинтересовалась девушка.
Не могу сказать.
- Не хочешь, или такого просто нет?
Есть, но не всем дано это знать. Тебя вот не боюсь.
- Еще бы тебе меня бояться, - Ира позволила себе слабую улыбку.
Шерстяной знакомец задержал долгий взгляд на девушке, а потом поднял голову к небу и сообщил: скоро дождик будет, если не хочешь промокнуть, поторопись.
Ирина тоже посмотрела ввысь. Сквозь изумрудные кроны сосен и кедров пробивались солнечные лучи, на голубом высоком небосводе не было ни облачка.
- День ясный, дождику не с чего начаться, - не поверила Ира, однако решив, что это может служить поводом для прощания, поспешила согласиться. – И всё-таки мокнуть не хочется. Тебе есть, где укрыться?
Снежный человек бросил удивленный недоумевающий взгляд.
Да. Ты еще придешь?
- А нужно? – спросила Ира, стряхивая траву с одежды. – Нам есть о чем еще поговорить?
Если тебе захочется.
- Мне-то конечно захочется, - Ирина снова улыбнулась, и её лицо преобразилось, стало светлым и милым. – Столько лет бегала по лесу, и ни разу не встречала такого чуда. А тебе хочется, чтобы я еще пришла?
Очень.
Йете порывисто встал, но заметя опасение на лице Ирины, также поспешно вернулся на землю.
Так ты придешь?
- Возможно, но обещать не могу. Как получится. – Ира улыбнулась и медленно пошла по тропе. Отойдя метра на три, она обернулась и вновь подарила малозаметную улыбку краешками губ.
Ей нужно было переварить, осмыслить, принять факт существования снежного человека. И понять, можно ли продолжать общение, или действительно лучше не связываться с неизвестностью.
Домой она шла не спеша, обдумывая необычное знакомство. Дождик застал девушку у самого крыльца.
Весь следующий день Ирина всячески старалась убедить себя не искать новых встреч с удивительным созданием природы. Однако мысли занимались именно им, с трудом получалось сосредоточиться на повседневных заботах; дела не ладились, вещи валились из рук. Что-то было не так с этим существом. Само собой, его жизнь противоречила пониманию общего мироустройства, но даже если согласиться с возможностью его существования, было в Йете нечто, что никак не вязалось в общей картине бытия снежного человека.
Ира долго пыталась разгадать прихотливую загадку. Головоломка оказалась непростой, хотя ответ, казалось, лежал на поверхности. Больше прочего девушку настораживало располагающая к себе способность Йете. Во время случившейся беседы на какой-то миг она забыла, что общается с чуждым ей видом разума, он воспринимался человеком – по словам и фразам, по высказанным мыслям.