Разорвал неровно – так и есть заявление на увольнение и деньги – наличные. Но где, где она их достала? Каким же он был дураком! Расслабленно - уверенным в ее несостоятельности! Не сомневался, что она в его руках. Как он ошибался! Вскочил, уронив стул, помчался за ней, перепрыгивая через три ступеньки, и зацепившись за дверной косяк вывихнутым плечом, выскочил на улицу. Секьюрити, со скоростью фокусника, успел распахнуть двери и удивленно взирал на своего шефа.
- Где Лила? Куда она пошла? В какую сторону? - Самрат морщился от боли.
- Она взяла такси, кажется, поехала домой.
Позже, когда Самрат петлял по узким улочкам, он не знал, что скажет ей. И что вообще можно сделать. Он хотел вернуть ее, вернуть любой ценой.
Уже стемнело, когда он подъехал к ее дому. В окнах горел свет. Он долго сидел в машине, собираясь с мыслями, нестерпимо ныло плечо. Дверь открыла Лила. Слава богу! Но увидев его, она закрыла ее снова, пытаясь запереть на ключ. Самрат подставил ногу. Девушка выскочила на крыльцо, стараясь чтобы тетя не увидела гостя.
- Мы что-то скрываем? Садись в машину нужно поговорить.
- Нет.
- Нет? Тогда объяснишь мне и своей родственнице где взяла столько денег. Она оглянулась на дверь, оценивая последствия, потом махнула рукой и тихо сказала:
- Поеду.
Девушка послушно села в машину. Автомобиль долго колесил по темным переулкам, наконец остановился на пустыре. Лила молчала. Отчаянно хотелось к ней прикоснуться, вдохнуть аромат ее волос.
- Где взяла деньги?
Молчание.
- Я не буду повторять.
- Какое вам дело? Я выполнила условия контракта, вернула сумму в двойном размере.
- Я не люблю повторять, - в нем закипала ярость. - Как ты смеешь так говорить со мной? Не выйдешь из машины пока не ответишь! - она оказалась проворней, выскочила и помчалась прочь. Он догнал ее, схватил за руку.
- Ты скажешь мне!
- Хорошо, - она отстранилась, с вызовом задрала подбородок и выпалила:
– Я себя продала!
- Что!? - он тупо смотрел на нее, трезвел и осознавал, что это могло быть правдой, больше ей не откуда было взять денег.
- Продала себя? Кто это был? Лысый похотливый старик?
- Нет, молодой, богатый и красивый!
Он ударил ее в лицо, сильно, как мужчину. Она отлетела на несколько метров, но не упала, удержалась и стояла, теперь, сгорбившись, закрыв лицо руками. Если бы не болела рука, он убил бы ее, наверное. Все еще ошеломленный этой жестокой правдой, он не верил, до конца не верил. Как могла она, как посмела после того что между ними было! А что, собственно, было? И может быть было только у него? Это он вожделел ее, он целовал. А она просто боялась и просто терпела?
- Лила! Скажи мне, что это неправда. Скажи! - он повернул к себе ее лицо, на щеке расплывался огромный кровоподтек. Господи, что он наделал! Он готов был оторвать себе руку, ударившую ее. Опустился на колени, прижался лицом к ее животу,
- Прости. Прости, меня!
В воспаленном сознании возникали отрывочные видения: грубые мужские руки, ласкающие девичье тело, грудь и этот живот. Его стошнило. Казалось организм избавлялся от всей той грязи и мерзости, которые он чувствовал сейчас. Пустой желудок выворачивало наизнанку. Лила погладила его по голове, заставила посмотреть ей в лицо. В ее глазах не было возмущения, укора, только виноватая покорность, как будто он имел право так жестоко наказать ее. Эта покорность и убедила его:
-Уходи! Или я убью тебя!
Она ушла, сгорбившись и спотыкаясь, закрыв лицо руками. Самрат растерянно смотрел ей вслед, наполняясь жестокой правдой, которую он не хотел принимать, не хотел знать, и которая существовала вопреки его воле. Он в ярости поднял кулаки в небо и закричал, как раненый зверь, потом упал на колени и долго рыдал, хороня все светлое, что еще оставалось в его душе.