В очередную из таких хотелок я и провалился в свое первое «погружение». Как-то давно, мне попалась занимательная статья про земноводных, которые способны замедлять ритмы своего сердца и впадать в некий анабиоз, чтобы поддерживать жизнь в теле, в непригодных условиях. С интересом раскапывая эту тему и натыкаясь на похожие статьи, я понял, что сие действие не такое уж и редкое. В очередной раз листая страницы на стареньком смартфоне и разглядывая фотографии уснувших существ, я решился на эксперимент. Долго прислушиваясь к стуку своего сердца и пытаясь замедлить биение, надеялся поймать хоть какие –то изменения. Но в очередной раз потерпев неудачу, разозлился. И стал наоборот накачивать сознание картинками того, как я падаю с крыши. Пульс разогнался до предельных значений, дыхание стало сбоить, сердце стучало как бешеное и внезапно, картинка обрела невероятную четкость. Время будто замедлилось. Стук сердца. Ком в горле. Судорожный вздох. Все эти действия стали будто подконтрольными и при желании можно было прервать любое из них. Волосы на руках встали дыбом. Слух обострился. Еще удар сердца. Подушечки пальцев покрылись потом и похолодели. Я словно на секунду поймал ощущение свободного падения и упругого ветра, бьющего в лицо. А также последующего шмяка об землю. Тогда кстати и появилась эта шкала с минимальными значениями процентов. Ощущения падения с крыши, вместе с ударом об землю, были настолько реальны и болезненны, что я решил повременить с кончиной и сначала разобраться что к чему. Кировская больница, сменилась Александро - Мариининской, Александровская – больницей «имени» Газрома. И наконец меня оставили в покое, переселив в Областную психушку, мотивируя это тем, что так будет лучше для всех. Врачи сменяли друг друга, дни менялись как желания моей бывшей, а я продолжал эксперименты. И чем опаснее и детальнее я придумывал свои видения, тем чаще меня начали накрывать панические атаки и эти самые погружения. Я уже видел несколько раз эти растущие процентные значения и не понимал, что это. Списывал на фантазии возбужденного мозга. Сегодня шкала поднялась выше 50 процентов.
В данный момент я, куковал в Астраханской лечебнице уже почти второй год, проведя еще полгода до этого на операционных столах и в полуобморочном состоянии. Сюда меня перевели после очередного моего захода, когда я в бреду, начал орать песни на странном лающем языке. Итог. Убогая дубовая роща из окна. Атрофированные ноги. Пустырь и бетонный забор. И гордый статус шизика с приходящими галлюцинациями. А-а-абсолютно не то место, которое способствует поднятию морального духа и выздоровлению. Мысли об избавлении себя от страданий периодически все-таки лезли мою голову, но хотелось сделать это как эффектно. Разбиться на самолете… Быть разорванным акулой там… Или на худой конец, чтоб нашли меня погребенным под толпой собственных наложниц. Но врачи наотрез отказывались мне помогать. Особенно с наложницами. На вопрос что со мной и почему я сразу не отправился к праотцам, местные светила науки разводили руками и продолжали свои опыты. В следствии которых я периодически перемещался из отделения в отделение. А может из-за моих развлечений. Не знаю.
- Ирод окаянный!.. хватит уже людей пугать! И свои вот эти сонные штучки мне брось, а не-то не расскажу больше ничего. – Выпалила баба Маша, уперев руки в боки. Она была моим любимым и самым ценным человекоресурсом в этом отделении. Да и, пожалуй, во всей больнице. Все слухи, новости, а также интимные подробности жизни всего персонала не ускользало от внимания этой старушки. Она знала все. Воистину нет лучшего шпиона на свете чем бабки у подъезда. И баба Маша. Каждый раз, старательно кивая головой, и слушая внимательно всю ахинею, которая приносила женщина, приходя на работу, я словно гулял по коридорам больницы. Выходил с ней в парковую зону, заходил в магазины по дороге и старательно ругался практически со всеми продавщицами. Я словно опять ходил. И дышал этим городом, который любил. Поэтому теперь я кожей почувствовал какую-то важную новость, которую мне хотела рассказать женщина. Но ее опередили. За дверью послышались торопливые шаги и дверь распахнулась. На пороге стояла довольная Лидия Петровна, заместитель главврача. Окинув гневным взглядом баб Машу, она замерла на секунду и поспешила ко мне.
-Андрей, тебя переводят. Петр Иванович не в курсе, но ему это и не обязательно. Указание пришло сверху. Так что давай без своих закидонов. – Сказала женщина и скрестила руки на груди. Поджатые губы и немигающий взгляд как у змеи, делал ее похожей на старую кобру, которая выбрала себе жертву. И в этом взгляде явственно читалось ликование. Она была этаким серым кардиналом, который способен решить любой вопрос, касающийся ее заведения. И все финансовые потоки находились в ее руках. Безусловно, это было на руку Петру Ивановичу. Фактически сложив с себя полномочия Главврача, дедушка свято верил в роль избранного. И занимался на старости лет сугубо научными вопросами. Он сам порой был похож на завсегдатаев лечебницы, когда сидел в парке один, с любимой книжкой. И вот сейчас было вдвойне необычно, видеть заместителя главврача довольной с несвойственной улыбкой на лице.