- К.Р.О.Т? Пеленг нормальный? Ты записал последние пять минут?
- Да командир. Пеленг устойчивый. Вам требуется вся запись, как вы покинули борт или только последние пять минут? – Уточнил густой баритон.
- Дай воспроизведение последних пяти.
- Принято. – Буркнул голос и над рукой шамана вспыхнул небольшой 3d экран. Мы смотрели на себя со стороны как подымаемся по пирамиде и видели, как Оксара заметила охотника первой потому, что она обернулась в этот момент. Видели, как одеяло вдруг ни с того, ни с сего рвануло с места, поменяв цвет и остановилось у подножия пирамиды. Шаман махнул рукой по экрану, отмотав время назад и приблизил этот момент. Мы вперились в экран и не могли поверить своим глазам. За Мгновение до того, как эфемер достиг подножия, мы увидели упитанного серого зверька, который смотрел прямо на нас. На следующем кадре его уже не было.
- Ее там не было. – Завороженно сказал я. – Там не было крысы! Я же смотрел прямо на него, когда этот прозрачный дернулся в нашу сторону.
- Не было, Лафар. У меня зрение гораздо сильный вашего. Крыска там не был. Что это за фокусы?
Застывшие от ужаса глаза нашего шамана смотрели в одну точку, а руки раз за разом воспроизводили короткий момент исчезновения грызуна. Грудь быстро вздымалась и опускалась, загоняя воздух в легкие, а вена на шее пульсировала как сигнал тревоги. Если бы у него была такая же шерсть, как у нашей кеноцефалки, то она бы стояла дыбом. Бормоча не слышно себе под нос, бородач начал нервно оглядываться по сторонам.
- Я не готов. Только не так. Нет, нет, нет. Я не хочу. – Наконец услышал я.
- Лафар. Да что с тобой?
- Это полное аннулирование. Стирание из времени. – Упавшим голосом ответил шаман и затрясся всем телом.
Медленно, медленно… Словно сосуд, в который капает дождевая вода, наконец наполнился. Нас пробрало от понимания того, что мы только что увидели. На наших глазах охотник вычеркнул из этого мира живое существо, из плоти и крови, которое было здесь еще пять минут назад. Он вычеркнул этого грызуна из нашей памяти. И мы тут же забыли про несчастное животное, как будто его и не было вовсе! Только благодаря тому, что шаман что-то заподозрил и перепроверил запись, мы узнали, что крыса БЫЛА.
- Охренеть! – Покачнулся я. Мне показалось, что земля зашаталась и я осел на землю. Принцесса еще больше взъерошилась от ужаса и начала нервно озираться, а шаман побелел и не шевелился.
- Простите. Простите меня… - Зашептал он. – Я не знал… Я не знал, что это так… Страшно! Не надо было соглашаться… не надо было…
Похоже ему было даже хуже, чем нам потому, что он начал тихо поскуливать, обхватив себя за плечи и дергаться все телом, пока и вовсе не свалился на землю. Сны, про которые он говорил несколько минут явились во плоти. Такое невменяемое состояние было очень похоже на пациентов психиатрической лечебницы, в которой я лежал. Были такие, кто так же впадал в странный транс и их не сразу могли привести в чувство врачи. Отрешенно глядя на странные телодвижения шамана, я вдруг вспомнил как это было. Воспоминания полезли наружу быстрой чередой и остановились на том моменте, когда я пытался в очередной раз покончить с собой.
Там далеко, в том родном и привычном мире. Несколько месяцев назад, я сидел около невысокого парапета, пытаясь подтянуть свое тело наверх и наконец то закончить свое бессмысленное существование, благодаря притяжению. Была весна и я был обессилен. У меня ушли все силы на то, чтобы преодолеть эту вертикальную, железную лестницу, ведущую на чердак. А затем, на перекатывание своего ненавистного тела по вонючему птичьему помету, ошметкам тряпок и затхлой пыли. Я плакал и жалел себя потому, что даже не мог нормально покончить с собой. Не мог сдохнуть так быстро, как этого желал. И вот когда я почти достиг цели. И смог закинуть руку и уцепиться за режущую жестяную каемку отлива, я остановился потому, что услышал тихое мурчание. В грязной, картонной коробке, буквально в паре метров от меня лежала кошка и четыре маленьких, крохотных комочка. Они сосредоточенно сосали молоко, а заботливая мать накрывала их лапкой, глядя на меня. И в этих глазах было столько нежности и любви…
Разжав руку и не сводя с нее глаз, я опустил свое измученное тело на горячую крышу и сел, опираясь на парапет. Котята уже отвалились от теплого живота и развалились кто как, сопя своими носиками, а она все так же смотрела на меня. И вдруг, она как будто что- то поняла и двинулась ко мне, волоча за собой свои покалеченные ноги. Они были согнуты в виде пистолетика, но совершенно ей не мешали. Она доползла до меня и ткнулась лбом в мою руку, продолжая мурчать… Мурчать и продолжать любить эту жизнь….