— Грандиозно выглядит, — выдохнул быстро рисующий Калей.
— Ага, — согласился Феликс. — Что скажешь? — спросил он у Фоли.
— Хорошо сделано, правильно, — откликнулся тот. — Использованы естественные линии жесткости камня.
— Похоже на вашу работу?
— Нет, — лаконично ответил гном. — Мы немного по-другому делаем.
Покрытие дороги на подъеме пошло волнами, кое-где выпирали камни. Идти было не очень удобно. К счастью, сам подъем оказался недолгим — отряд прошел между распахнутых крыльев меньше, чем за полчаса.
За подъемом их ждал совсем другой пейзаж. Дорога уходила вправо, слева к ней почти вплотную подходили заросшие лесом холмы. Слева деревьев не было, там до самой границы плато простиралась голая каменистая равнина.
Пирон не соврал насчет отдыха и объявил привал сразу же. Удобное местечко нашлось сразу — поляна между двумя холмами, заросшая травой и мелким кустарником. Под руководством Савона начали разводить костер, Калей сразу же помчался на вершину холма, Раин едва поспевал за ним. Феликс с гномами вернулись к крыльям. Гер со своей командой рассыпались по окрестностям — кто пошел вперед по дороге, кто — вдоль края плато, кто-то углубился в холмы.
Раин догнал Калея уже на самой вершине. Деревьев там не было, только трава вокруг венчающего холм огромного валуна. Калей, оскальзываясь на покрывающем его бока лишайнике, забрался на самый верх. Раин остался внизу.
— Ну, что там интересного?
— Дорога сперва вдоль края идет, потом поворачивает вглубь, — рассказывал сверху Калей. — Лес чуть дальше вроде бы заканчивается. Холмы слева идут грядой, на сколько глаза хватает. Равнины, откуда мы пришли, почти не видно — край плато загораживает.
— Исчерпывающий рассказ, — хмыкнул Раин. — Дальше пойдем?
— Знаешь, нет, — последовал неожиданный ответ. — Надо, наконец, общие схемы в порядок привести. Да я к тому же сегодня выспаться хочу.
Калей еще раз повертел головой — не пропустил ли чего, и спрыгнул с валуна.
Народу в лагере было немного — в основном те, что помогали Савону или же ночной дозор, которые сразу же завалились спать. Остальные разошлись по своим делам. Калей уселся на травку и обложился своими свитками, начал что-то в них править. Раин пошел на поиски Стальфа.
Тот обнаружился справа от дороги, неподалеку от края плато. Стоял, медленно вращая посох, глаза его были закрыты, губы шевелились — словно бы он про себя что-то повторял.
Отвлекать его Раин не стал. Отошел на несколько шагов — мало ли, чего там затевается, и сел прямо на камни.
Некоторое время ничего не происходило, но вдруг раздался громкий щелчок — и перед Стальфом заплясал маленький голубоватый шарик. Поболтался немного — вверх, вниз, описал круг и с громким треском исчез. Раин обратил внимание, что концы посоха не дымились и не искрили, и вращение было куда более медленным, чем обычно.
Стальф открыл глаза.
— У вас получилось дотянуться до небесной энергии? — спросил его Раин. — Шарик был совсем другим.
— Да, — заинтересованно спросил старик. — И как он выглядел? Я чувствовал, что вроде бы что-то происходит, но глаза открывать не стал — концентрация при этом быстро теряется.
— Маленький, голубоватый, шел сначала вниз, потом вверх, потом крутанулся и исчез.
Стальф кивнул.
— Да, что-то такое я и чувствовал. Не что же… я не уверен, что это все можно использовать для нанесения кому-либо ущерба — ощущения от работы с небесной энергией совсем другие, нежели при работе с землей. Попробуете?
Раин помотал головой.
— Я что-то устал сегодня, — извиняющимся тоном сказал он. — То ли со вчерашнего еще дня, то ли нет. Хочу сегодня выспаться и отдохнуть — а поупражняться завтра с утра.
Стальф кивнул.
— Пожалуй, я тоже так сделаю. Небесная энергия отнимает силы также, как и земная.
Они вместе направились в сторону лагеря.
— Скажите, а то украшение, которое потерял колдун… оно имеет какие-то свойства, которые могут быть полезны?
— Нет, к сожалению, — ответил Стальф. — Пока все мои попытки так или иначе исследовать его ни к чему не привели. Ничего необычного.
— Жаль, — протянул Раин. — Можно мне завтра попробовать с ним?
— Конечно.
— А какова вообще может быть роль… посоха? И этой звезды? И вообще — различных предметов… вдруг мы в Эфе найдем что-то, можно ли это будет определить именно с точки зрения принадлежности к колдовским делам?
Стальф слегка усмехнулся.