Все против воли вперили взгляд в небо в поисках летящего там колдуна. Слава богу, небо было чистым.
— Не, все же маловероятно, — проговорил Раин.
— А если мы что-то такое найдем?
— Отдадим Стальфу, — жестко сказал Савон. — Кольцо всего одно, пятерых не поднимет. Так что…
Феликсу в двух словах рассказали о разговоре со стариком, тот, подумав, согласился с тем, что до Мории требуется соблюдать осторожность и быть максимально скромными.
— Хотя, кстати, никого мы так не убедим, — сказал он. — И, самое главное, не надо забывать о том, что у нас есть соглядатаи официальные. И чрезвычайно бдительные.
Он глянул на Фоли и Гонда, устроившихся на ночлег в десяти метрах от них.
— Вот кстати, давно хотел спросить. Когда доберемся до Мории и, если повезет, до Летописного — ты от них сможешь отделаться?
— Нет, — мрачно сказал Феликс. — Разве что их всех убьют по дороге.
Воцарилось молчание. Его прервал Калей.
— Я пошел к Пирону, кто-нибудь со мной?
— Он тебя что, звал?
— Ага, сказал, что как закончу — сразу к нему. Так что?
Ребята переглянулись.
— Я, наверное, схожу, — встал Феликс.
— И я, — присоединился к нему Раин. — Может что услышим интересное.
Савон повернулся на другой бок.
— Вряд ли при вас они что-то скажут интересное, — заявил он. — Но попытайтесь. Попытка — не пытка.
Пирон и Стальф сидели у большого камня.
— Вот, нарисовал, — протянул им два свитка Калей.
— Спасибо, — рассеяно ответил Пирон. — Что интересного есть?
— Не знаю, тут только то, что я сам видел и то, что мне Мирт рассказал. Вперед я не заглядывал особо.
Пирон кивнул.
— Интересно, скоро ли Эфа? — вдруг спросил Феликс. С видом, далеко не невинным.
Пирон, как ни странно, никак на вопрос не среагировал. Даже не вздрогнул.
— Близко, я так думаю, — так же рассеяно сказал он.
Взяв карту, он положил ее перед собой, но разглядывать не стал — откинулся на спину и начал рассматривать небо. Стальф сидел молча, копался в собственных свитках — видимо, записи делал. Посох лежал рядом.
— Завтра далеко пойдем? — спросил Калей.
— Нет, далеко не пойдем, — ответил Пирон, не глядя на них. — Надо все вокруг тщательно исследовать. Так что с утра выйдем поздно, и пройдем мало. А потом… посмотрим.
С таким грузом сведений троица вернулась к месту ночлега. Савон уже спал, они последовали его примеру.
Пирон не обманул — с рассветом никого не поднимали. Только Гер со своими разведчиками куда-то ушли еще до света — но к этому-то все привыкли.
Калей сразу им сказал, что будет спать до упора, тем более, что такой случай выпадал редко. Феликс и Савон случаем решили не пользоваться — встали и ушли, каждый по своим делам. Раин немного повалялся, потом встал, привел себя в порядок и решил поупражняться. Взял тренировочную палку и отошел за холм.
Вращение у него получалось очень хорошо, он, кажется, уловил главное — как контролировать центр тяжести при самых разных движениях. Попробовал, как Пирон, переместить вращающийся посох вбок — получилось, причем и вправо, и влево. Потом поднял, повращал над головой. Элегантности движений Пирона он не добился, но получалось совсем неплохо.
Отдохнул немного, потом провел еще несколько серий, то замедляя, то ускоряя вращение. Убедившись, что движения получаются так, какнадо, отправился на поиски Стальфа.
Старик не спал, сидел у камня, снова уткнувшись в свитки. Посох стоял рядом, прислоненный к камню.
— Господин Стальф, можно мне поупражняться? — вежливо попросил Раин. Старик глянул на него. Судя по всему он очень глубоко погрузился в раздумья и выныривать не хотел. Махнул рукой, сказал «только осторожнее» и снова ушел в себя.
Раин, слегка опешивший от такого доверия, пошел за холм. Немного размялся, потом начал вращать посох, сначала медленно — контролирую поднимающуюся снизу силу и стараясь не выпустить ее из-под контроля. Несколько раз кончики посоха начинали искрить и дымиться, но Раину удавалось овладеть собой — и вихрем внутри, тот словно сворачивался, отступая.
Через некоторое время Раина охватила эйфория. Ему казалось, что вихрь внутри него стал послушным, как котенок. Более того, он словно предлагал ему поиграть с ним. Несколько вдохов, ускорение вращения с замедлением — и перед Раином заплясал совсем маленький шарик. От переливался в лучах солнца, словно состоял из золота — расти и не думал, никакая нитка не связывала его с Раином, однако тот хорошо чувствовал его и легко управлял полетом — вверх, вниз, вправо, влево, круг, дуга. Вращение быстрее — шарик увеличился, медленнее — уменьшился.