Раин спустился первым, осторожно зачерпнул в горсть, попробовал. Вода оказалась очень холодной и вкусной.
Все напились и набрали фляги. Феликс предложил было искупаться, но вода была слишком холодна, да и времени особо уже не было.
— Вот мне любопытно, — сказал Калей, когда все тронулись вниз по течению. — Внизу шли — камень да камень, до горизонта, редкие деревья. Сюда поднялись — лес густой. С чего бы так?
Ответил, как ни странно, Фоли.
— Так бывает. В горах и предгорьях. Идешь, идешь — и вдруг как в другую страну попадаешь. И деревья другие, и земля, и вода. Все другое.
— И что это такое? Почему?
Гном пожал плечами.
— У нас говорят — тут боги земли коснулись. А кто-то считает, что родники с особенной водой тут на землю выходят. Кто-то — что здесь место, где природная сила велика. По-разному объясняют.
— Ха, а у вас есть такие, которые такие вопросы задают? И пытаются на них ответить? — спросил Раин. Спросил и тут же уловил благодарный взгляд Феликса. Тому спрашивать о таком было, видимо, не очень прилично.
— Какие вопросы? — в свою очередь спросил Фоли.
— Откуда все пошло. Почему в одном месте золото, а в другом его нет. Как лучше плотину сделать. Как звезды перемещаются. Ну… в таком роде.
Фоли засмеялся.
— Смешные вопросы. Зачем их задавать?
— Как зачем?
— Ну… где есть золото, а где нет и так ясно. То же и про плотину — понятно же, как делать. А про звезды — зачем? Они наверху, а мы внизу. Некоторые говорят, что по звездам можно будущее предсказать, а зачем?
— То есть, нет таких?
— Есть, — вдруг вступил в разговор Гонд. — Такие везде есть.
Глава 26. Когда приходят в место, которого нет
Идти было легко — земля твердая, корни не торчат, трава хоть и густая, но невысокая.
— Как в парке, — заметил Раин, оглядываясь.
С ним все согласились. Феликс внимательно приглядывался к земле и траве, но не обнаружил никаких тропинок или дорожек.
— Если здесь и есть садовники, то ходят они очень осторожно, — резюмировал он.
Вдоль речки шли не более получаса. Открылась полянка, посреди которой пугалом торчал Мирт.
— Я вас давно услышал, — объявил он. — Вы шумите сильно.
— Ты один здесь, что ли?
— Остальные ушли за холм, посмотреть. Я тут остался, послушать.
— Чего услышал?
Разведчик пожал плечами.
— Вас вот услышал.
— А кроме нас?
— Ничего.
— Видел что интересное? — спросил у него Калей.
Тот пожал плечами.
— Речка чуть дальше под землю уходит — это вам интересно?
— Где?!
Мирт махнул рукой.
— Шум слышите? Там.
Калей припустил чуть ли не бегом, Раин и Феликс не отставали.
Проскочив лесную полосу, они выскочили на пляж, под ногами захрустела мелкая галька. Речка тут упиралась в невысокую скалу, разливаясь в небольшое неглубокое озерцо. Едва ли не посередине скалы чернело отверстие, в виде арки — туда-то, пенясь и порыкивая, устремлялась вода.
— Красота, — прошептал Калей. — Надо это зарисовать по-быстрому!
— Жалко фотика нет, — буркнул Феликс.
— Ты как считаешь, эта дырка — естественная?
Феликс пригляделся, подошел к самой кромке воды.
— Даже если искусственная — сделана так, чтобы выглядела как естественная. Видишь — несимметричная она. И внутренний объем… неровный.
Подошедшие гномы согласились с предводителем. Правда Фоли вспомнил рассказ о том, что в Мории, после осушения одной пещеры гномы настолько восхитились причудливыми сталактитами и сталагмитами, что ничего не стали переделывать — только кое-где добавили, да укрепили самые хрупкие из них.
— Называлось это Каменным Садом, — мечтательно сказал Фоли. — Мой дядя, когда крышку шкатулки украшал, изобразил его. Сам король восхищался его мастерством.
Гонд кивнул, но судя по его лицу Каменный Сад он считал очередной сказкой.
Подошел Мирт.
— А куда ведет отсюда речка? — спросил у него Калей.
— Не знаю. Похоже, она куда-то глубоко уходит.
Сверху послышался негромкий свист.
— Ага, все нормально, — сказал Мирт. — Мы пошли обратно, Пирон не велел далеко за холмы ходить. Вы как?
— Тоже возвращаемся, только посидим тут, — ответил Калей. — Мне надо дорисовать.
Через несколько минут подошли разведчики. Калей пристал к ним с расспросами, но ничего особенного не выяснил.