— Нет, то было в Хоббите. Как и Кольцо, кстати. Хмм, а давайте-ка вспомним, сколько было вообще таких вот внезапных, но судьбоносных находок. Кинжалы, потом … потом ничего, кстати. Арагорн в пещерах войско себе нашел. Но он про это войско знал.
— Палантиры, — напомнил снова Калей.
— А, ну да. Хотя они их не нашли, а ими в них Гнилоуст запустил. Все.
— Негусто, — буркнул Калей. — То ли дело Перумов.
— Не напоминай про него, — сказал Савон.
— Не буду. Но все же… у Толкиена, значит, с этим негусто, так? А если вспомнить игру?
— Если выходишь с Севера, — вспомнил Раин. — То там почти под каждым холмом клад. Пока крутеешь, между ними и ходишь.
— На Юге то же самое, — сказал Калей.
— Но не у нас, — напомнил Павол. — В одном Пригорье, если нормально искать, пять или шесть кладов. Но в том, что мы жили — ни одного.
— Так там и мест, где эти клады были, не было. Ни «Гарцующего пони», ни привратницкой. Даже намека не было на клад.
— А в Могильниках клад был, — сказал Раин.
— В общем, — сказал чуть погодя Павол, — уперлись в стену. Имеем пустую пещеру. Либо мы в игре — и тогда пещеру обшарил кто-то до нас, либо мы в истории, и тогда клада здесь просто не было никогда.
— Подожди, — сказал Раин. — А вспомните-ка ту надпись на дереве. Кто ее нанес? И для кого?
— Ты хочешь сказать…
— Тут клады не только древние могут быть. Тут вполне могут жить и сейчас.
Все заозирались.
— Не думаю, что вот прямо тут, — сказал Павол через пару минут. — Все же место приметное. Скорее в лесу где-нибудь. Но мысль твою я понял.
— Пошли дальше, — предложил Калей.
Но тут Савон нашел клад.
Глава 27. Когда всему находится свое место
Вернее, как высказался позже Калей, это клад нашел Савона. Тот встал с каменной кромки площадки, на которой они сидели, подошел к склону, в котором темнел вход в пустую пещеру. Прошел вдоль него, заглянул за окаймляющие его камни, прошел дальше, споткнулся, чтобы не упасть оперся рукой о стену и провалился внутрь нее.
Все вскочили и побежали ему на помощь, но Савон упал удачно и не пострадал. Яма, в которой он оказался, была глубиной метра полтора — ему по грудь, и размерами примерно два на два метра. Она напоминала ящик, встроенный в склон и прикрытый сверху муляжом скалы — выполненным довольно искусно. Куски, в изрядном количестве валяющиеся на тщательно выровненном дне выглядели в точности как обломки камня, но, судя по весу, были сделаны из гораздо более легкого материала.
Савон стоял посередине ямы, над ним нависал кусок уже настоящей скалы. Он, не обращая на нее внимания, рылся в содержимом клада. Остальные столпились на краю ямы, пытаясь хоть что-то разглядеть.
— Отойдите со света, — буркнул Савон через пару минут.
— Ты не ушибся? — невпопад спросил его Калей. Никто и не подумал отодвинуться.
— Нет, не ушибся, — послышалось из ямы. — Стукнулся только.
Еще какое-то время Савон шуровал по углам, отыскивая возможные тайники, потом подошел к краю и поднял руки. Савон и Раин помогли ему выбраться.
— Клад старых сапог, — предупреждая все вопросы сказал Савон и, отойдя к краю площадки начал отряхиваться. Руки его были пусты.
Раин спрыгнул в яму вместе с Паволом. Определение Савона оказалось очень точным — основное содержимое клада составляла старая обувь: башмаки, сапоги и всевозможные плетенки, которые носила на ногах голытьба. Помимо этого наличествовала старая одежда — пара плащей, пояса и несколько бесформенных кусков ткани, от старости слипшаяся и сросшаяся. Когда ее поднимали, во все стороны летела пыль.
В одном из углов на возвышении стояла пара высохших ламп, тарелка и кувшин — пустой и ничем не пахнущий, в чем немедленно убедился Раин. Больше в яме решительно ничего не было.
— Издевательство какое-то, — пробормотал Павол, выбираясь из ямы.
— Ожидания не оправдались, — откликнулся помогавший ему Савон. — А, собственно, что мы ожидали-то? Волшебные мечи, лучевые копья и посохи левитации? Раин, ты там присмотри себе сапоги, может найдешь крепкую пару? А то твой опять каши просит.
Раин хотел было огрызнуться, но потом передумал. Савон был прав — его правый сапог начал рваться. Вздохнув, он вспомнил, как мама всегда говорила, что обувь на нем буквально горит. По ее словам он всю свою жизнь как-то неправильно ставил ногу.
Сапоги, как ни странно, нашлись — добротные, с квадратными носками и невысокими голенищами. Он тут же их примерил, они оказались впору и он тут же переобулся в них.