Истошный вопль, переполненный болью и отчаянием, разрывал легкие от напряжения. Кровь алой струей бежала из ран. К горлу подступила тошнота. В глазах потемнело. Чувствуя, что сознание его скоро покинет, Марк в упор расстреливал химеру, уперев ствол револьвера как раз между роговыми пластинками.
Голоса человека и химеры слились в единый яростный крик…
А дальше – тишина…
***
Софи разбудил надрывный крик. Быстро вскочив, она обнаружила Марка, сидящим на краю кровати. Руками он почему-то сжимал бедро, продолжая вопить. Лицо мужчины искажала гримаса боли. И вновь тот же рассеянный отрешенный взгляд, какой она видела у него прошлой ночью.
– Марк, что с тобой? Что случилось? – спросила Софи, недоумевая, как стоит себя вести в подобной ситуации.
Все попытки достучаться до сознания кричащего мужчины оставались без результата. И тогда она решилась на крайнюю меру.
– Прости, дорогой, – произнесла Софи, а через секунду раздался звук громкой пощечины.
Удар подействовал эффективнее слов. Марк замер и перестал орать. Зрачки оставались расширенными, однако взгляд начинал проясняться.
Лицо мужчины еще искажала гримаса страдания, когда он спокойным голосом, как ни в чем не бывало, произнес:
– Ау… Больно…
– Больно? – перепросила Софи. – Значит, очнулся, наконец…
Девушку трясло. Эмоции переполняли ее и грозили вырваться из-под контроля.
– А ничего, что ты меня до чертиков напугал? – набросилась на него с кулачками Софи, вынуждая Марка уйти в защиту.
Девичьи удары посыпались на мужчину один за другим. В другой раз такая бурная реакция девушки его бы позабавила, и он бы посмеялся. Но внимание мужчины больше занимала боль, пронзающая ногу. И пусть резь в мышце начала ослабевать, она все еще оставалась весьма ощутимой.
Между тем, выплеснув злость, Софи немного успокоилась и спросила:
– Марк, что с тобой опять произошло? Ты уже второй раз просыпаешься сам не свой. Тебя что-то тревожит? Неприятности на работе, о которых ты не хочешь мне говорить, чтобы не огорчать?
– Нет... – ответил Марк.
– Тогда что? Объясни, потому что я ничего не понимаю… – Софи выжидающе уставилась на любимого.
– Если бы я знал… – тихо произнес мужчина. – Если бы знал…
Повисла напряженная пауза, но продлилась она недолго.
От участливого взгляда Софи защемило в груди. Ее черные глаза походили на бездонное ночное небо, затянутое темными тучами, из которых вот-вот хлынет дождь.
«Нет, только не плачь, – подумал Марк. – Слезы любимой невыносимое зрелище».
– Я бы рассказал, да ты все равно не поймешь… – он первым нарушил молчание. – Не поверишь…
– А ты все-таки попробуй, – возразила Софи.
– Ладно. – Не стал возражать мужчина, а сам подумал: «Если бы я еще сам понимал, что со мной происходит…».
После чего прилег, устроившись поудобнее. Дождался, пока под боком пристроится девушка и положит голову ему на плечо. Перебирая левой рукой ее шелковистые локоны, Марк заговорил.
– Я уже говорил, дорогая, что это в большей степени похоже на кошмарный сон. Но он другой… Как бы правильней выразиться? Понимаешь, он настоящий, что ли… В нем ты чувствуешь все: боль, усталость, тяжесть предметов, шероховатость поверхности или ее зеркальную гладь. Ощущаешь запахи.... Ты не воспринимаешь события как фантазию. Все, что ты видишь и чувствуешь, оно… оно словно существует на самом деле. Все реально. Марк усмехнулся. – Даже слишком…
– Это единственное, что ты хочешь мне сказать? Уверен? – уточнила Софи.
– Нет. В том нескончаемом переплетении коридоров, залов и комнат обитают жуткие твари. И они охотятся на меня.
– Охотятся? На тебя? Что за бред?!
– Но это не бред, Софи… Увы… Это повторяется каждую ночь. Мои монстры вполне реальные. И все как один стремятся убить.
– Ну и что? Я тоже видела страшные сны. Но я не просыпалась с диким ором посреди ночи и никому не пыталась оторвать руку.
– Я защищался…