Выбрать главу

   Сон не шел. Крутились мысли о том, что денег нет даже на то, чтобы закинуть на мобильник и позвонить маме. А с городского нельзя - международные звонки давно заблокированы. Значит, мама не узнает, пока я не займу и не сообщу ей.

   Зубы стучали, хотя в комнате было тепло. Отчаяние вновь скрутило так, что дышать было больно.

   Почему я всегда одна? Почему нет того, к кому можно пойти и пожаловаться? Почему все на мне?

   Но уже давно стало ясно, что вопросы "за что?" всегда остаются без ответов. Мишка у подъезда тоже, наверное, в своей кошачьей голове спрашивал "за что", а толку-то.

   Я попыталась глубоко дышать. Выровнять пульс, успокоиться. Через какое-то время мысли потекли спокойнее. И все же не давали покоя давно укоренившиеся где-то внутри страхи.

   Как получилось, что мне двадцать шесть, а у меня ни семьи, ни детей, ни прибыльной работы? Ни перспектив, ни повышений на горизонте. Разве у человека, когда он молод, не должно быть все иначе? Танцы-гулянцы, встречи под луной, захлестывающий круговорот эмоций?

   А я, как Онегин. Уставшая от всего - от жизни, от беспросветности, от отсутствия перемен и новых ощущений. Ведь когда-то раньше даже влюблялась, и давалось это не так уж и сложно. Были ведь отношения, даже длительные, почти три года длящиеся, а развалилось все. Чувства погасли, и с тех пор сердце заглохло, как неживое. Замолчало и все тут. И сколько не смотри на знакомых и незнакомых мужчин, а оно даже не трепыхнется, будто окаменело, хоть и не разбивалось особенно.

   Кто мог ответить на вопрос "почему"?

   Мама, и та была далеко. Ни просто рядом посидеть, ни слова сказать.

   Я поняла, что еще немного и разревусь. А слезы никогда ничему не помогали, только падать на дно того колодца, дна у которого на самом деле нет. Зря люди думают, что когда донизу донырнут, тогда и светлая полоса начнется, тогда и всплывать на поверхность можно будет.

   Нет дна. У отчаяния никогда нет дна, только падать. Глубже и глубже.

   Как тонущий, я уцепилась за спасительную соломинку, в виде пришедшей на ум картинки того же самого парка, что и несколькими часами ранее. Осеннего, в закатном солнце. Со стоящим среди деревьев фонтаном.

   Я всхлипнула, но удержала себя от плача и засопела.

   Картинка эта позволяла не думать, отвлечься. Хоть на секунду, но забыть о навалившихся страхах. Как бы так сделать, чтобы она задержалась подольше?

   Осознав, что нервное напряжение не позволяет сну заглянуть ко мне на огонек, я принялась думать "А как оно было бы, сиди я действительно там, на лавочке?" Когда не было всего этого дня, не было пьяного Анатолия, не было мамы, говорящей, что задержится, не было бледной полуживой бабушки на больничной каталке на пути в операционную. Что было бы, если бы всего этого со мной сегодня не было, а взамен был какой-то хороший день, в детали которого даже вдаваться не стоило?

   Просто хороший и все.

   Я вдруг как-то успокоилась. Задышала ровнее, сосредоточившись на ощущениях собственных подошв, стоящих на асфальтированной дорожке, усыпанной желтыми листьями. И будто начав играть в игру, попыталась переводить глаза с одного предмета на другой, не позволяя себе думать ни о чем другом.

   Итак, вот листья. Я прекрасно их вижу - они сухие и шуршащие, с прожилками. Моя ступня, обутая в сносившийся ботинок, стоит как раз на одном желтом, с бурыми пятнами. Вот трещина на дорожке, ее почти не видно из-за осеннего ковра. Вот моя нога в джинсах. И рукав от кофты.... Тепло ведь, зачем мне куртка? Все верно. Теперь можно перевести глаза и увидеть вазу, из которой льется вода.

   Я медленно подняла голову и посмотрела на фонтан. Красивый. И звук воды такой привычный, будто много раз уже слышала. Стволов много, они качаются, совсем чуть-чуть, почти незаметно, а желтые кроны шумят.

   Игра эта стала спасительным плотом, позволив позабыть о том отчаянии, в котором я тонула еще несколько минут назад. Размышляя над тем, как замечательно было бы, если бы этот вечер стал отличным завершением какого-то очень хорошего дня, я не заметила, как полностью погрузилась в новые успокаивающие ощущения и даже принялась радоваться.

   Невероятно здорово было просто забыть, о том, что было вокруг. И чувствовать ветер на своем лице. Он играл длинными прядями, волосы отросли уже ниже плеч. Здорово было знать, что я сижу в том парке, где всегда хотела посидеть, что самый лучший на свете фонтан - открой я глаза, и он снова вот он.

   Чтобы еще усилить чувства, я решила добавить золотого сияния в понравившуюся картинку. Как учили в какой-то книжке. Почему-то в этот момент это казалось правильным. Оно вносило ноту благоговения и радости, какой-то искренней благодарности за настоящий момент, за то, что он случился в моей жизни. И за то, что я могу провести эти пять минут там, где мне по-настоящему хочется, где я на самом деле счастлива.

   И, наверное, вокруг парка должен быть город. Какой-нибудь большой и красивый. И безопасный. Думать так мне очень нравилось. Но больше всего нравилось ощущать ту легкость, которая теперь просто захлестывала с головой. Радость дошла до верхней планки, а счастье начало изливаться наружу. Неужели так бывает? Теперь удивляло, почему я не чувствовала этого раньше. Ведь если находится здесь так приятно, почему я не приходила сюда вчера? Ведь это моя любимая скамейка, любимый парк, здесь всегда так хорошо и знакомо....

   Вон идет прохожий - какой-то парень, в руках у него будто сумка от ноутбука. А сзади меня есть забор, за которым ездят машины. И скамейка точно та, какой мне всегда казалась.... С немного облупившейся краской на растрескавшихся деревянных досках. Я провела по ним пальцем.

   Ветер потихоньку стихал, все так же журчала вода.

   Почему-то подумалось, что уже поздно, и надо бы идти домой. Непонятно откуда пришедшая радость, все еще кружила голову, и я, легко оттолкнувшись, поднялась с лавочки, и направилась к выходу из парка. Он показался невдалеке - высокие ворота в виде буквы "П".

   Листья действительно замечательно шуршали и взвивались вверх, если их подтолкнуть носком ботинка. Я рассмеялась. От какой-то детской радости. От того, что теперь все было хорошо. И будет хорошо. И как мне вообще могло казаться, что что-то плохо? Теперь даже и не помнилось, что именно могло быть плохо и почему....

   За верхушками деревьев уже проглядывали дома. Я зачем-то оглянулась и посмотрела на лавочку, на которой сидела еще минуту назад. Как здорово видеть ее немного с другого угла, нежели раньше! И фонтан уже скрылся за деревьями, воды почти не слышно.

   Холодало. Я поплотнее запахнула кофту, застегнула верхние пуговицы. Ускорила шаг и, улыбаясь, поспешила к воротам, чтобы пойти домой....

   Уже дойдя до ворот, я поняла, что ноги меня не держат. Ухватившись за железный столб, я едва не сползла на землю.

   "Куда пойти?"

   Моим глазам открывался вид на великолепный город, тонущий в закате. Стоя у границы ворот, я слышала, как за спиной колышется осенний парк, а спереди по дороге несутся машины. Несколько полос, много машин.....

   Что-то случилось с головой, я поняла, что не могу больше думать. Что-то в сознании не ладилось и не сходилось. Пойманной в клетку птицей билась одна и та же мысль "Куда пойти? Куда мне нужно пойти? Куда я собиралась пойти...."

   Мимо меня прошел человек. Обернулся с озабоченным выражением в глазах, спросил, не помочь ли мне? Я медленно отрицательно покачала головой, переведя взгляд с мужчины на горизонт, где высились сверкающие в закатном солнце небоскребы.

   "Какой пойти.... Откуда мысль, что куда-то нужно пойти? Я не живу в этом городе...."

   Куда я вообще могла здесь пойти? Я никогда не видела этого места. Никогда в жизни! Ухватившись второй рукой за забор, я тихо сползла прямо на землю. В голове была вата, мысли путались и пугали. А я отчаянно боялась открыть глаза. Со мной что-то творилось.... Вероятно, я сходила с ума, и этому были причины, которых я не могла припомнить.