-Мы на этих фото такие счастливые,- прервала я наше молчание и слегка улыбнулась брату.
-Это те редкие моменты, когда мы были искренне счастливы,- проговорил он, вернув мне улыбку.
В этот момент в моей голове родилась мысль. Она была неправильной, иррациональной, абсурдной и критически неразумной, но эта мысль, будто вышла из-под сознания и казалась самой нужной и верной. Будто сам внутренний голос сказал мне, а предчувствие его поддержало. Я всё окончательно поняла. Я должна пойти с Германом вместе в этот проклятый клуб. Я не должна оставлять брата, я не смогу пережить его утраты. Нет, только не его. Это слишком рискованно. И притом, во мне нарастала уверенность в том, что я должна туда пойти. Меня будто тянуло туда. Я больше не могу так жить, не могу. Не смогу сидеть дома сложа руки, зная, что брат в опасности. Немедля, я подняла голову, смотря Герману в глаза, твёрдо сказала, ошеломив его:
-Я пойду с тобой!
Его глаза расширились, он нервно хихикнул и жёстко ответил:
-Нет, и даже не думай об этом, Анна! Ты глупая, раз решили пойти. Я не буду брать тебя. Ты хоть осознаёшь, что сделает отец, узнав, что я был в клубе Обенов? А что он сделает, если узнает, что ты пошла со мной? Не знаешь? А я знаю! –сделал паузу, а потом подойдя ко мне вплотную, сказал по буквам,- О-Н М-Е-Н-Я У-Н-И-Ч-Т-О-Ж-И-Т! Не смей даже думать об этом! Ты представляешь, как это подорвёт «идеальную» репутацию нашей семьи.
Я резко встала, оттолкнув его. Ну уж нет, я не маленькая девочка. Хватит! Я больше так не могу.
-Хорошо, не возьмёшь меня с собой, я уйду из дома ночью и пойду с Афиной, она как раз меня приглашала. Отца не будет весь день дома, он в мастерской. Так сказала мать, так что проблем выйти из дома незамеченной не возникнет,- на этом моменте я соврала, честно, не знала, до какого времени папы не будет дома. Мне хотелось поставить брата перед фактом!
-Анна, что ты творишь? Хоть ты не убивай мне нервны!- раздраженно сказал он.
-Я пойду с тобой.
-Тебя узнают, ты даже не представляешь, что это за отвратительное место- ночные клубы. Притом клуб Обенов, он пропитан аморалью!
-Я не могу так больше жить, Герман. Я уже далеко не ребёнок, не могу постоянно сидеть дома и смотреть в окно на мир и счастливых людей,- я это говорила с такой жалостью и отчаянием, что брат почувствовал это и прекрасно понимал, какого мне. Что-то в его взгляде надломилось, и он стал менее решительнее.
-Ладно, Анна. Пойдешь со мной, но ни на шаг не отойдёшь! Говоришь, Афина идёт? Тогда и она тоже приглядит за тобой. Только…-тут он сделал паузу, задумавшись,- В чём ты пойдёшь в клуб? Тебе явно нужен парик, чтобы скрыть твои длинные волосы, они слишком заметные, нужна также маска и более тёмная одежда.
-Я позвоню Афине, она всё устроит,- ответила автоматом я, не веря, что брат всё-таки согласился.
Тут дверь резко открывается, мы с братом столбенеем и выпрямляемся в струнку, напрягаясь. Я всё также сижу на заправленной кровати, а он на стуле. Это оказывается мама, она возмущена.
-Дети, вы где ходите? Сколько можно вас ждать на завтрак? Нет отца, так можно не слушать мать? Почему так долго?- засыпает она нас вопросами.
Я нервно смотрю на брата, не зная, что ответить в растерянности. Он спасает нас из ситуации:
-Мам, Анна сейчас проходит графический дизайн в универе, попросила ей помочь с программой,- спокойно, обыденным голосом отвечает брат, выдержав грозный мамин взгляд. Его оправдание звучало правдоподобно и не вызвало у неё сомнений. Мы оправдывались, словно малые дети, но расстраивать мать не могли. Я быстро нашлась и подтвердила, стараясь сделать голос более непринуждённым:
-Да, именно так.
-А нельзя это сделать потом? Пойдёмте, моё терпение скоро кончится,- ответила она и развернулась, уходя. Я встала и брат тоже, когда я подходила к двери, он схватил меня за локоть и остановил. Сказав на ушко шёпотом:
-В час ночи, я напишу тебе. Будь готова, в это время выйдем. Друг заедет за мной. Позвони своей Афине, чтобы тоже была наготове быстро собрать тебя, заедем к ней по пути.
-Я поняла,- твёрдо ответила я.
-Подумай ещё раз, нужно ли тебе это, Анна,- прошептав это, брат отпустил мою руку и пошёл вперёд, оставляя меня позади, мама уже давно покинула второй этаж.