-Зачем Герман так себя ведёт? Ну, неужели он не может слушать отца? Ведь от этих ссор нам всем только хуже,- с возмущением спрашиваю. Я люблю брата, но не понимаю, зачем он вызывает отца на конфликт, ведь и так понимает, какой у того вспыльчивый характер.
-Анна, он взрослый парень. Герман хочет свободы и самовыражения. Отец не даёт ему этого и... - мама тяжело вздохнула, а затем продолжила, - Никогда не даст желанного. У меня душа болит за него и нашу семью, я не знаю, смогу ли терпеть всё это дальше.
-Мама, всё наладится! Ты выдержишь! - говорю я твёрдо и чуть громче, сжимая её руки в своих,- Я поговорю с Германом, он изменится, обещаю.
-Спасибо, дочка, - говорит грустно мама, слегка горько улыбаясь, - Я пойду спать, не буду отвлекать тебя, ведь завтра рано вставать в университет. Спокойной ночи, мой ангелочек, - говорит мама, встаёт и целует меня в щёку, а я её в ответ.
Перед тем, как выйти из комнаты, она оборачивается и говорит напоследок:
-Анна, не забудь помолиться перед сном. Не расстраивай отца.
Я киваю, и она выключает в комнате свет, закрывая дверь. Поворачиваюсь на бок, лицом к большому окну, накрываясь тёплым одеялом. Оно не зашторено, поэтому свет от яркой и круглой луны падает в комнату, немного освещая её. Я начинаю думать о маме. Мне так жалко её, ведь отец с ней строже и грубее всех. Она терпит это со дня смерти отца папы.
Моя бабушка, кровная мать папы, никогда не любила меня и Германа, нашу маму в том числе. Я всегда плакала и обижалась на бабушку, ведь она была строга с нами. Как-то раз, когда мне исполнилось 19 лет, оставшись наедине с мамой, я спросила у неё: «Почему бабушка меня так не любит? Что я ей сделала?». Мама мне всё тогда и рассказала, втайне от отца. Ей было 18 лет, когда она познакомилась с папой. Он был словно другим человеком. Радостный, весёлый, энергичный и невероятно добрый. Перед их свадьбой и произошло убийство дедушки Мариоса. Бабушка Адель чуть не сошла с ума, а Николас начал меняться, становиться злее и злее. Мама не могла бросить своего жениха, так как сильно любила и оставить в горе человека, по её мнению, было самым подлым и грязным поступком. Отец уже тогда начал вымещать на ней всю свою злость, но мама терпела, думая, что с годами всё пройдёт, шрамы на сердце заживут. Через год они сыграли свадьбу, но ничего не стало меняться. Отец получил наследство и провозгласил себя директором ювелирного дела, в их с мамой собственность перешёл большой двухэтажный особняк. Свекровь всё не могла пережить потерю любимого мужа и злость вымещала на невесте своего сына. Ситуацию усугубило ещё и то, что мама долго не могла забеременеть. У неё случались выкидыши, это жутко злило свекровь и отца. Они говорили, что она проклята. Уйти ей было некуда, она была без родителей, ведь они погибли в аварии, когда мама была ещё ребёнком, её до 18 лет воспитывала бабушка. «Проклята ты и твой род! Не надо было моему сыну жениться на такой дряни!» - говорила в открытую бабушка. А мама терпела и думала, что, если забеременеет, отношение к ней изменится, да и Николас тоже. Но всё не могла осуществить свою мечту. Ева была настолько в отчаянии, что подумывала втайне ото всех наложить на себя руки, но буквально за день до этого узнала, что беременна нами, мной и Германом, близнецами. На какое-то время, все забыли о горе, но после нашего рождения, унижения в сторону матери продолжились вновь. Так она терпит всё это 25 лет. Но ничего поделать не может. С этими мыслями я заснула, погрузившись в сон. Так и не помолившись...
****
Проснувшись от звука будильника, я сразу же встала и начала собираться. Расчесываться, чистить зубы, приводить себя в порядок. В университет я носила вещи не облегающие и не короткие. На улице пасмурно, пожелтевшие листья вперемешку с грязью после дождя, покрывают землю. Холодно, сильный ветер. Решаю надеть бежевый свитер и синие брюки, заплетаю волосы в длинную простую косу и спускаюсь в столовую завтракать. Выходя из комнаты , замечаю брата. Его лицо сегодня выглядит лучше, но синяк стал заметнее.
-Доброе утро, брат, - говорю я ему.
-Доброе, Анна. Как мама? Я вчера уснул и так проспал до утра. Всё нормально? - спрашивает обеспокоенно он.
-Относительно нормально, ты же знаешь, в нашей семье не может быть всё замечательно. Пойдём завтракать, отец будет не рад, если мы снова опоздаем.