— Для меня это — семейная трагедия, вот и все. Я хотел бы расставить все точки над «и».
— Все? — коротко спросил Федор. В его подчеркнутой интонации явно прозвучало: «Выходит, кроме загадок, связанных со смертью твоего брата, ты хочешь разобраться и в каких-то дополнительных загадках?»
— Я хочу побольше узнать о матери мальчика, — объяснил Андрей. — И, может быть, разыскать её и переговорить с ней.
— Твой брат погиб из-за нее?
— В общем, да.
— Женщина, несущая смерть, — усмехнулся Федор. — Знамо дело. Вот и сейчас… — он едва удержался, чтобы не сплюнуть. Андрей понял, что разговор невольно попал в самую больную точку.
— Это связано с теми плохими новостями, что тебе передали? — осторожно спросил он.
— Да. Нам нужен был один человек, отсиживавшийся в Испании… Вчера его хлопнула женщина-киллер, забравшаяся к нему в доверие… И в постель.
— Ну!? — Андрей сразу подумал о Богомоле. — Ее приметы известны?
— Красивая брюнетка. С теплыми, просто золотистыми, карими глазами. Но все это можно подделать.
«Богомол — блондинка, — подумал Андрей. — Но то, что она для пользы дела может надеть черный парик и вставить контактные линзы — бесспорно».
— А ещё что-нибудь о ней известно? — спросил он.
— Выглядела очень богатой, почему и не вызвала подозрений. Назвалась женой известного испанского миллионера. При проверке оказалось что такого миллионера просто не существует!.. А что ты так расспрашиваешь?
— Мне вообще интересны женщины-киллеры. То есть, интересно, как женщина приходит к этому. Ведь для женщины это довольно… скажем так, необычно.
Федор пожал плечами.
— Частый случай в практике… Настолько же частый, насколько отвратительный.
— Но многие видят в этом… Как бы это определить? Ну, для многих, читающих про таких исполнительниц в желтой прессе, есть в этом привкус романтики. Или, может, какой-то смертоносной привлекательности? Потрясающие красавицы, которые… — Андрей задумался, ища нужные слова.
— Мерзость, — Федор словно выплюнул это слово, скривившись от гадливости. Немногословный, он умел в короткие реплики вкладывать максимум эмоций и информации.
— Ты не веришь в «гибельную красоту»? — спросил Андрей.
— В каком смысле?.. Верю, конечно, что такие твари существуют. Как видишь, не верить нет причин, когда очередная такая стерва нам подгадила. А вот романтический ореол, который некоторые любят создавать вокруг них… «Хищная красота», «смертоносная красота», «кайф любовных игр со смертью»… — Федор пожал плечами. — Дешевка. Такая же дешевка, как всякая блатная романтика… и блатная истерика.
— Весь антураж — дешевка?
— Да. И закваска тоже.
— То есть?
— «Не верю я в мужество юных, Не бреющих бороды…» — процитировал Федор. (А он не так прост, как кажется, если знает Стивенсона, подумал Андрей). — А в мужество тех, кому бороду брить по природе пола не положено — тем более.
— По-твоему, такие роковые красавицы в любой момент могут струсить и предать?
— Угу. Только не называй их «роковыми». Они опасны точно так же, как опасна мелкая шпана, о которой мы говорили — из мелкой злобы. Таких гадин надо давить.
— И ты смог бы?
— Смог бы, — спокойно ответил Федор.
Андрей задумался.
— По-твоему, настоящее мужество есть только в стариках — как в балладе Стивенсона?
— Я уважаю стариков, — задумчиво проговорил Федор. — Я знаю, что может выдержать человек, жизнью потертый и потрепанный… «Тертый калач», так? Они — как старые бойцовые петухи, которые любого молодого, полного сил задиру заклюют и забьют за счет опыта.
— Интересно… — Андрей рассмеялся. — И, если, скажем, представить себе ситуацию… Блистательная красавица, убийца-профессионал, подготовленная по всем статьям, прошедшая выучку в спецслужбах и где там еще… Если её путь пересечется с таким старым петухом, умеющим за себя постоять…
— Старый петух выиграет, — кивнул Федор. — За счет того житейского опыта, которого никакая выучка не заменит и который позволяет по-иному видеть все мелочи нашей будничной жизни. Его постелью не возьмешь, и не размякнет он до того, чтобы ему можно было всадить нож в спину. Ведь все эти «профессионалки» только этим и берут — сначала «женским местом» обессилят мужчину, а потом приканчивают обессиленного, трусливо и подло… Я бы, во всяком случае, поставил на старого петуха — и думаю, что не ошибся бы.
— А если бы такие люди оказались союзниками?
— Если бы у бабушки была борода, она была бы дедушкой.
— А все-таки?..