— Это и так понятно, мог и не предупреждать… Рассказывай, как родители.
— Ну, как… — и Андрей стал рассказывать о всех по порядку, как водится в таких случаях.
За разговорами время летело незаметно, и Андрей даже изумился, когда позвонил Федор. Лишь потом взглянул на часы — два часа прошло.
— Запиши мои телефоны, — сказал Федор. — И вот ещё что. Я уже навел справки, в какое отделение милиции тебе нужно обращаться, и туда по моей просьбе уже звякнули, предупредили, что ты можешь появиться, и просили оказывать тебе всяческое содействие.
— Спасибо огромное! — с чувством сказал Андрей.
— Чего уж там! — буркнул Федор и повесил трубку.
— По работе звонили? — спросила тетя Таня.
— Да. Мне надо выйти на какое-то время. Вернусь где-то после обеда…
— Мы обедаем в четыре, когда Ленька из школы приходит.
— Значит, и к обеду могу успеть. Только специально меня не ждите.
Выйдя на улицу, Андрей порадовался, что в дорогу одел все самое теплое. Мороз крепчал, а континентальный мороз на средней Волге — это не шутки! По ощущениям, могло и за тридцать градусов зашкаливать, хотя, скорее, было восемнадцать-двадцать. Ветерок добавлял зябкости.
Отделение милиции Андрей нашел довольно быстро — до него было не так далеко. Хованцева принял сам начальник отделения, полковник Ившин Алексей Александрович.
— Нам звонили насчет вас, — сказал он. — Сказали, вы почти наш коллега…
— Это преувеличение, — усмехнулся Андрей. — Я работаю в частном детективном бюро, но попал в него как кур в ощип, особенных подвигов за мной не числится. Так что просто глупо равнять меня с вами. И вообще, я здесь по частному делу.
— Какое-то давнее дело, связанное с вашими родственниками, насколько я понял?
— Да. Меня интересуют обстоятельства смерти Леонида Жилина. Он был убит ударом ножа, и дело, надо полагать, было довольно простым, но кое-какие неясности оставались.
— И вы надеетесь, что сможете разрешить эти неясности сейчас, спустя столько лет? — несколько иронически поинтересовался полковник.
— Ну… Видите ли, некоторое время назад я познакомился с человеком, который утверждает, будто был свидетелем происшествия, но в милицию обращаться не стал — не хотел лишних сложностей. Я надеюсь хотя бы понять, мог ли этот человек и впрямь оказаться свидетелем трагедии, или он врет, по каким-то своим причинам.
— Ясненько, — кивнул полковник. — Этот человек пробует тянуть с вас деньги за информацию, да?
— Не совсем. Скорей можно сказать, набивается в друзья. И мне надо разобраться, можно ли ему хоть в чем-нибудь доверять или лучше держать на большом расстоянии.
— Это как-то связано с вашей профессиональной деятельностью?
— В общем, да.
— Понятно… Что ж, давайте посмотрим. Вряд ли у нас найдется многое думаю, основная часть материалов ушла в центральный архив. Но, может, что-нибудь и откопаем.
Это «что-нибудь» оказалось тоненькой папкой, в которой содержались основные сведения по делу. Андрею очистили место за столом в углу, где он был несколько отделен от всей суеты, и он погрузился в чтение.
Он впервые узнал, что убийцу Леньки звали Сергеем Макаровичем Гузкиным, и было этому убийце в то время двадцать лет. Похоже, Гузкина допрашивали, были ли у него сообщники, но он стоял на том, что схватился с Ленькой один на один. Получил он не так много — семь лет. В качестве свидетельницы была допрошена девушка с экзотическим для России именем Лиана — Лиана Наумовна Некрасова, семнадцати лет. Эта Лиана Наумовна показала, что ждет от Леньки ребенка, и что Гузкин её ревновал, потому что сам за ней ухаживал…
Андрей выписал себе оба имени, а также адреса, указанные в протоколах, и задумался, оперев голову на руки. Ему надо было сообразить, что делать дальше. Вряд ли он многое узнает, если попробует лопатить эту историю. Найти бы тех, кто мог поведать, с кем якшался Гузкин, какие были у него дружки и как сложилась судьба этих дружков… А то, что Лиана Некрасова давно не живет по прежнему адресу — это Андрей готов был поспорить…
— Какие-то трудности?
Это полковник заглянув в его уголок и кинул взгляд на раскрытое досье.
— Не то, чтобы… — ответил Андрей. — Так, несколько вопросов, не относящихся к делу.
— Может, я смогу вам помочь, — сказал полковник. — Я припомнил этот случай. В то время я был замначальника отдела уголовного розыска в нашем отделении, и расследование попало в мои руки. Как вы сказали, каким делом интересуетесь — так в голове что-то щелкнуло и я начал вспоминать.