Не давит.
Просто ведёт.
Официант успевает сделать фото — в кадре мы смеёмся, словно вечер только начался. Фредди просит разрешения выложить снимок в свои социальные сети.
Я киваю.
Он отмечает мой аккаунт.
— Пора, — говорю, пряча телефон и направляясь к выходу.
— Провести до кареты?
— Конечно.
У стеклянных дверей охрана кивает Фредди. Но он сам открывает мне дверь. Я улыбаюсь — манерами меня не удивишь. Кольцо на три карата во втором курсе, 1001 пион и сумка Birkin были задолго до Фредди Нокса.
Мы выходим в холл. В его взгляде — лёгкая тень грусти.
— Не грусти. Леся тебя развеселит, — говорю я, улыбаясь.
— Брюнетка, у которой всё платье в пятнах?
Я рассыпаюсь в смехе.
— А моё, значит, не заметил?
Он качает головой, серьёзно оглядывает мой аутфит:
— Это тренд, Фредди. Деконструкция. Аскетичный гламур.
— Впервые слышу.
— Тогда поговори с Лесей. Она тебе расскажет.
На подъездной дорожке плавно останавливается чёрный Mercedes-Maybach. Сергей Павлович, как всегда, точен. Выходит, закрывает за собой дверь, идёт ко мне.
— Всё в порядке, Николь Дмитриевна? — его взгляд скользит по Фредди.
Я киваю. Объяснять не нужно. Отец всегда заботится. И доверяет только ему — бывшему оперативнику, а не просто водителю.
Сергей отходит чуть в сторону, оставаясь в поле зрения.
Фредди открывает мне дверь. И целует руку.
— Спасибо за вечер, красавица.
— Спасибо тебе, новоиспечённый друг, — улыбаюсь я, садясь в салон.
Он машет, пока дверь плавно закрывается. Я устраиваюсь удобно в кресле, достаю телефон. Почти не опаздываю — и это уже маленькая победа.
Пишу Эле:
"Я еду домой. Прости, что не предупредила заранее."
Она отвечает почти сразу:
"Я видела, как вы танцевали. Не хотела мешать. Ну и как он тебе?"
"Хороший. Но мне сейчас нужна только дружба."
Мы немного болтаем. Под конец желаем друг другу спокойной ночи.
А где-то в сториз уже крутится фото, где Фредди и я — улыбаемся, смеёмся, и выглядим словно идеальная пара.
Дорогие читатели!
Спасибо вам за круглую цифру — 130 подписчиков! Для меня это не просто число — это знак того, что моё творчество действительно кому-то близко и интересно. Мне невероятно приятно видеть, как вы добавляете мои книги в свои библиотеки и ставите звёздочки — я этого совсем не ожидала, особенно от своей новинки!
Но если честно, я очень жду ваших комментариев. Мне действительно важно знать, что вы думаете о героях, что тронуло, а что, может быть, вызвало вопросы или споры. Ваше мнение вдохновляет и помогает расти!
Спасибо, что вы со мной.
С любовью,
Лекси Рид
Глава 7
Просыпаюсь от звуков, будто мой телефон внезапно стал барабанщиком на фестивале тяжёлого рока — где барабаны из кастрюль, а дирижёр в панике.
Писк, вибрация, вспышки — настоящий апокалипсис, который создал Apple. Жаль, не с возможностью «отложить ещё на десять минут».
— Господи, ну дайте поспать, пожалуйста... — простонала я, утопая лицом в наволочку цвета шампанского.
Ткань скользкая, шелковая, вышитая золотыми нитками — мои инициалы переливаются при свете утреннего солнца. Эту наволочку мне подарила бабушка на восемнадцатилетие — женщина с манерами английской королевы и страстью к монограммам.
Она даже шапочку для душа мне когда-то вышила с надписью «Николь». По сей день хожу в душ в ней, как будто это моя корона.
До начала учёбы — две недели.
Всего две.
А потом — будильники на рассвете, идеальные локоны, сделанные наспех, выживательная миссия без любимого завтрака и доцент Миронов с вечной фразой: «Вас вообще сюда кто звал учиться?»
Пыхтя, как капризная кофемашина в бутик-отеле, я шарю рукой по прикроватной тумбочке, заваленной книгами, флаконами, пудрой, журналами, зарядками, камерой и ещё одним кремом, подаренный брендом.
Наконец нащупываю айфон — мой верный спутник, увешанный меховым брелоком в форме чухуахуа.
Да, это глупо.
Да, я его обожаю.
Пальцы едва попадают в нужные цифры кода.
Первая попытка — мимо.
Вторая — айфон вибрирует.
Ещё одна — и он заблокируется.
Нужно срочно показать своё лицо, но камера, как и я, не в восторге от раннего утра.
Половина моего лба и ресницы — неубедительно для моего телефона.
Открываю один глаз... второй... моргаю... и вдруг — БАМ!
Я подскакиваю, как будто простыни внезапно превратились в репейник от кутюр.
На меня подписались… больше трёхсот тысяч человек?!
За ночь?!
Нет, стоп.
Подождите.
Моргнула.
Протёрла глаз.
Посмотрела другой.