Он демонстративно посылает ей воздушный поцелуй.
Паша спокойно кладет Ренате еду на тарелку, но затем поднимает взгляд.
И просто смотрит на Даню.
Долго.
Слишком долго.
Улыбка Дани на секунду дергается.
— Брат, я пошутил, расслабься, — говорит он уже мягче, поднимая руки в примирительном жесте.
Кирилл тихо усмехается.
Он откидывается на спинку стула и небрежно кладет руку на спинку стула Миланы, словно помечая свою территорию.
Но в его глазах все равно пляшет насмешка.
В этот момент открывается входная дверь. Холодный утренний воздух врывается в дом.
С пробежки возвращается Мира.
Ее щеки раскраснелись от мороза, светлые волосы собраны в высокий хвост, а дыхание сбивается после бега.
Она останавливается в дверях кухни, снимая наушники. И сразу чувствует, что попала прямо в эпицентр чужого разговора.
Несколько взглядов одновременно поворачиваются к ней.
— Ладно, я пошла собираться, — говорю я, чувствуя, как напряжение от утренней кухни всё ещё висит в воздухе.
Параллельно открываю телефон и пишу Вадиму короткое сообщение:
«Куда ты ушел?».
Поднимаюсь на второй этаж, стараясь не споткнуться об разбросанные вещи ребят. Прохожу мимо их спален, снизу раздаются еле различимые голоса — смех, шутки, как будто весь дом живет своей жизнью.
Захожу в свою комнату… и останавливаюсь.
На кровати лежит Вадим.
Смотрит в потолок, абсолютно неподвижный, будто этот мир не имеет к нему никакого отношения.
Я быстро закрываю дверь и подхожу к нему, сердце бьется сильнее, чем хотелось бы.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
— Устал от людей, — тихо отвечает он, всё еще что-то рассматривая на потолке. — Пришел сюда.
— Почему не к себе?
Он наконец поднимает взгляд. Темные глаза с утренним блеском усталости встречаются с моими, и я вижу в них что-то странное.
— Там ничего нет, что напоминает тебя, — говорит он тихо.
Я моргаю, не зная, что ответить.
— Что у вас произошло с Миланой? — спрашиваю осторожно, пытаясь держать нейтралитет, но внутри меня тлеет любопытство.
— Ничего серьезного, чтобы ты беспокоилась, — отвечает он, и его голос мягкий, но твердый.
Вадим приподнимается и садится напротив меня.
— Она хочет твоего внимания, — говорю я, плечами пожимая. — И, честно говоря… еще соблазняет тебя.
Вадим медленно наклоняется ко мне.
Берет меня за подбородок, подводя мое лицо к своему, и я чувствую тепло его рук, его дыхание на коже.
Он улыбается, едва заметно, и его взгляд скользит по моим губам.
— Моя чихуашка ревнует? — усмехается Вадим.
— Нет, — твердо отвечаю, пытаясь не выдать дрожь в голосе, — Мне просто не нравится…
Я делаю паузу, разглядывая его глаза, которые одновременно манят и вызывают напряжение.
— …что я словно чужая в вашей компании.
Вадим отпустил мой подбородок и наклонился так близко, что наши лбы коснулись друг друга. Его ладони легли мне на щеки, тёплые и тяжёлые. Я чувствовала его дыхание — ровное, спокойное, будто для него этот момент был куда проще, чем для меня.
— Я никогда не говорил никому таких слов.
Его взгляд не дрогнул.
— Но ты мне дорога, Николь. Очень.
— Почему? — шепчу я почти беззвучно.
На секунду он молчит, словно решая, сколько правды мне можно дать.
— Потому что с тобой спокойно, — наконец говорит он. — Я никогда не спал с кем-то в одной кровати. Были попытки, но я не мог заснуть.
Вадим усмехается — коротко и почти горько.
— С тобой всё наоборот. Я заснул и даже выспался.
Его пальцы чуть сильнее сжимают мои щеки.
— И в последнее время я хочу быть только с тобой. Ни с кем другим. Я постонно думаю о тебе.
Он выдыхает прямо у моих губ.
— Ты даже не представляешь, как тяжело находиться с тобой в одной комнате и не прикоснуться. Но я знаю, насколько для тебя важно скрывать наши отношения. Поэтому я делаю вид, что не замечаю тебя.
Я сглатываю.
— Ты говорил, что устал от людей… — тихо напоминаю я. — Но ведь это твои друзья, а не мои.
Вадим слегка хмурится.
— Кирилл затеял игру, пригласив сюда Милану, — спокойно отвечает Левицкий. — Он хочет отомстить мне. И делает для этого всё возможное.
— За что?
— За то, что я есть, — коротко усмехается он.
— Зачем он пригласил Милану? — спрашиваю я.
На этот раз Вадим не отвечает сразу. Он смотрит на меня так внимательно, будто проверяет, выдержу ли я правду.
— Я с ней переспал в десятом классе, — говорит он наконец. — За пару дней до этого Кирилл сказал мне, что влюблён в неё.
Тишина между нами становится тяжёлой.
Он не отводит взгляда.