— Спасибо, — тихо говорю, не глядя в глаза.
Он не отвечает. Просто кивает и снова отходит на пост.
Я вхожу внутрь.
В доме прохладно, пахнет чем-то нейтральным — возможно, свежевымытыми полами или новой партией ароматизаторов. Из холла выходит дворецкий — безукоризненный, как всегда. Он берёт у меня пакеты с туфлями и вещами, даже не спрашивая, и тут же передаёт их подошедшей горничной. Они действуют слаженно, быстро.
Я стараюсь улыбнуться. Челюсть будто деревянная, мышцы лица подчиняются с трудом. Но они улыбаются в ответ — вежливо, не навязчиво.
Значит, я справилась.
По крайней мере, внешне.
Поднимаюсь к себе в комнату, не встречая никого на своём пути.
Дома тихо, свет приглушённый, коридоры пустые.
Родители на каком-то мероприятии — я помню, мама говорила, что это не надолго. Они вернутся скоро. Папа обещал вручить мне подарок, как только приедут. Он даже просил подождать.
Прислуга где-то внизу, на первом этаже. Что-то двигают, закрывают шкафчики, моют бокалы. Заняты своими делами.
И я этому впервые рада.
Я вхожу в свою спальню, закрываю за собой дверь и почти сразу кидаю свою новую сумку на пол. Глухой звук удара, как будто что-то внутри надломилось вместе с ней.
Телефон, по которому я убивалась целый день, вываливается, скользит по полу, останавливаясь где-то у стены. Я даже не смотрю в ту сторону.
Мне всё равно.
Срываю одежду так, словно она жжёт кожу. Резко, на грани паники. Бросаю всё на пол.
Захожу в ванную, закрываю за собой дверь на замок, дёргаю за ручку чуть сильнее, чем нужно — чтобы быть уверенной, что никто не войдёт. Не хочу, чтобы мне кто-то мешал.
Включаю душ. Ледяная вода с глухим шумом ударяет по кафелю. Не проверяю температуру — мне всё равно.
Опускаюсь на холодный пол, даже не пытаясь смягчить cвое падение.
И начинаю плакать.
Громко. Рвано. Почти с криком.
Так, чтобы наконец-то вытащить наружу всё, что гнило внутри весь день.
Каждый вдох как рывок, каждый звук — как будто меня выворачивает изнутри.
Я сжимаюсь, обхватываю руками колени, утыкаюсь в них лицом.
Я просто сижу на мокром кафеле, под ледяной водой, и плачу.
Глава 15
Проснулась я рано.
Даже не от солнечного света, его не было еще — только ледяная тишина и еле уловимый голубоватый полумрак за шторами из итальянского шелка, закрывающими окна от пола до потолка.
Система "умный дом" зафиксировала мое движение, и в комнате мягко загорелась подсветка в изголовье кровати. Простыни из египетского хлопка были ещё тёплыми — я заснула сразу после душа, так и не дождавшись родителей с приема.
Я слишком устала, и слишком многое не хотела обсуждать с ними про вчерашний день.
Сегодня я хочу приготовить завтрак сама. Наша кухня всегда под присмотром шефа, прошедшего стажировку в Париже, во Франции, и в любой момент я могла бы попросить приготовить любое блюдо.
Но я чувствую вину. Внутреннюю, липкую, обжигающую — будто осталась под кожей после вчерашнего.
Родители всегда хотят знать, как прошёл мой день. Не из любопытства, а потому что им действительно важно. Они привыкли быть частью моего мира, слышать, чувствовать, понимать.
А я вчера просто отгородилась. Возвела между нами стену из молчания и утомлённой отрешённости.
И теперь это молчание отзывается во мне тяжестью.
Щемящей и неловкой.
Мягкое страусиное одеяло, тёплое и воздушное, будто облако, лениво скользнуло с моих плеч, когда я села на край кровати. Простыни из итальянского сатина ещё хранили тепло сна.
На мраморной тумбе — холодной, гладкой, с прожилками, как в музейной галерее — лежал мой планшет. Я взяла его, включила экран и вернулась к материалу.
Термины. Таблицы. Определения.
Первый круг. Второй. Десятый.
Я не просто учу, я зубрю. Пытаюсь держаться на плаву, как будто знания — это спасательный круг. Я всё ещё стараюсь выглядеть уверенной в учебе.
Той, с которой соглашаются.
Хотя внутри всё рассыпается, медленно и тихо, как пыль с потускневшей золотой оправы — незаметно для других, но не для меня.
Я выключаю планшет — экран гаснет, и в комнате снова становится тихо.
Привычным движением начинаю собирать всё, что нужно для учёбы. Складываю тетради, учебники, блокнот, ручки и карандаши в свою кожаную сумку-тоут шоколадного цвета. Всё кладу аккуратно, чтобы ничего не забыть.
Беру телефон и открываю приложение с музыкой, и я тут же запускаю свой любимый плейлист. Он всегда звучит как фон к моей жизни — будто саундтрек к фильму.
Надеваю беспроводные наушники, обтянутые мягкой кожей, — и мгновенно погружаюсь в тёплое, обволакивающее звучание.