Открываю.
«Чихуашка интересуется моей личной жизнью? Удивлён.»
Кровь застучала в висках — резко, гулко, как будто у меня в голове внезапно стартовал диджей-сет на бешеных оборотах.
Именно таким образом я всегда реагирую на его тупые, самодовольные сообщения. Особенно когда он использует это своё "чихуашка".
Любимое прозвище придурка.
Уже третий год.
Навязчиво, как фонарики в новогоднем ТЦ, и раздражает примерно так же.
На секунду представила, как могла бы избавиться от Левицкого.
Бесшумно, без следов, может, даже красиво.
В стиле детектива с хорошим стилем и крутым алиби.
Ну правда, кто станет подозревать королеву факультета, отличницу и красавицу?
Но, увы… мне жалко родителей. Я у них единственный ребенок.
Да и марать руки неохота. Маникюр, между прочим, только вчера делала — нюд с френчом.
Зато вот отточенная злость в тексте — всегда пожалуйста.
Пальцы бегают по экрану с точностью, достойной золотой медали и будущего красного диплома.
«Конечно знаю, придурок! Ты выставляешь бедную Надю каждую секунду. Я вижу ваши лица чаще чем своих родных! В блогеры заделался?»
Каждое слово — как укол, чётко в цель.
И пусть в конце я поставила парочку ироничных символов — не потому что смешно, а потому что они читаются как насмешка и отвращение одновременно. Если бы чувства можно было превратить в напиток, получился бы мерзкий коктейль на вкус — как его профиль в соцсетях.
Фотки своих достижений, виды на природу и тусовок.
Настоящий digital-треш.
И на него же подписан миллион людей!
А на меня жалких пятьсот тысяч.
Поставила телефон на режим "самолёта". Всё. Связь с внешним миром — обрублена, как мораль у Левицкого.
Пошёл ты, придурок.
Что, решил, что испортишь мне наряд, и я, как героиня турецкого сериала, с потёкшей тушью и разбитым сердцем, убегу домой рыдать в бархатную подушку?
Держи карман шире.
Я, между прочим, не из тех, кто падает в обморок от одной капли виски на Dior.
Я Николь Полякова.
И плакать в клубе не входит в мой распорядок вечера.
Придурок ведь точно знает, что переодеться у меня времени нет.
Всё расписано по минутам: сфотографироваться у фотозоны, танцы, снять парочку сторис — и, возможно, коктейль с симпатичным диджеем, а потом ехать домой спать.
А юбка? Она эксклюзив, не из тех, что можно купить за двадцать минут в ближайшем ЦУМе.
Спасибо, Лёва Корнеев, твой вклад в вечер бесценен, как и твоя криворукость.
И, конечно же, Леся. Видимо, у неё язык длиннее, чем айфонный кабель. Слила, где я, кому не надо. А те, в свою очередь, передали Леве, тот — Левицкому.
Прекрасно.
У нас тут не тусовка, а целая секта придурков с кошельками родителей и плохими намерениями.
Ладно.
Собираем себя в кучу. Вытягиваем спину, поднимаем подбородок. Натягиваем улыбку королевы факультета — ту самую, которая не просто хорошенькая, а натренированная годами конкурсных выходов, побед и выдержки на шпильках.
Оглядываюсь в зеркало.
Лицо спокойное, румяна ровные, тушь не потекла — слава фиксирующему спрею. Губы чуть подкрашиваю, глубоко вдыхаю и напоминаю себе: я — Николь Полякова.
Отличница трёх курсов, королева красоты и будущий юрист, от чьего взгляда дрожат даже деканы.
Я практически не проигрываю.
Выход из дамской комнаты — почти как дефиле. Бёдра идут в нужном ритме, походка уверенная, будто я не с пятном на юбке, а с новой капсульной коллекцией Balenciaga. В конце концов, у них и не такое за моду считалось. Пусть думают, что это задумка дизайнера.
У сцены охрана узнаёт меня сразу. Кивают, уважают. В отличие от половины наших преподавателей, у этих память работает. Все-таки лучший друг придурка нанимал их. А тот хочет иметь только лучших из лучших сотрудников в свой клуб.
— Мне нужен диджей, — говорю спокойно. Уверенно. Без просьб — просто заявляю факт.
Меня провожают к пульту, будто я не гость, а лицо вечеринки. И, честно, по ощущениям — так и есть.
Фредди Нокс — диджей вечера — стоит за стойкой, расслабленный, как будто он дома.
Улыбка на лице, взгляд прищуренный, движения лёгкие.
Видно, что парень знает, как работать на публику. И да, симпатичный. Ничего не скажешь. Сразу видно — человек с хорошим генетическим стартом и регулярными спортивными тренировками.
— Привет, красавица, — говорит он, улыбаясь, едва я замечаю диджея.
— Привет, — отвечаю я, поднимая подбородок и подходя ближе к нему. Плавно, уверенно. Пусть смотрит, пусть замечает.