По залу прокатывается новая волна аплодисментов.
Все смотрят на нас, хлопают, кто-то выкрикивает поздравления — даже Леся, которая ещё пару минут назад, казалось, была готова прожечь взглядом мою спину, теперь тоже аплодирует, хоть и с натянутой улыбкой.
— Мы с нетерпением ждём ваш танец.
Диджей включает Golden Brown, и первые ноты мягко заполняют пространство зала.
Мы спускаемся вниз. Свет прожектора направлен прямо на нас, отсекая всё остальное, словно мир за его пределами перестаёт существовать. Левицкий и я останавливаемся напротив друг друга, слишком близко, и смотрим глаза в глаза, не замечая никого вокруг.
Моё сердце бешено колотится, отдаваясь в висках, и я отчётливо понимаю: это не из-за алкоголя, а из-за волнения, из-за напряжения, повисшего между нами.
Левицкий слегка наклоняется вперёд, его движения уверенные и выверенные. Он убирает левую руку за спину, а правую протягивает мне, предлагая начать танец. Я вкладываю свою ладонь в его тёплую руку, и придурок крепко сжимает её.
Музыка продолжается, мягкая и тянущая, знакомая до каждой ноты. Медленный танец — тот самый, который мы танцевали каждый год. Тело помнит его лучше, чем разум. Не нужно думать о шагах — всё происходит само собой.
Левицкий ведёт уверенно, спокойно, будто этот танец давно стал для него привычным ритуалом. Его движения точные и выверенные, без лишней спешки. Ладонь на моей талии задаёт направление, едва заметно, но достаточно, чтобы я следовала за ним без колебаний.
Он делает шаг в сторону, и мы плавно скользим по залу. Затем Левицкий поднимает нашу сцепленную руку, и я легко разворачиваюсь под его рукой. Он крутит меня мягко, уверенно, точно рассчитав момент. Юбка описывает плавный круг, а я возвращаюсь к нему так естественно, словно никогда и не отходила.
Он повторяет движение — ещё один поворот, медленный и изящный. Каждый раз он ловит меня без усилий, возвращая ближе, чем прежде. В этих вращениях нет показной демонстративности — только слаженность и уверенность, отточенные годами.
Наш танец выглядит легко и гармонично. Мы двигаемся так, будто давно знаем друг друга на уровне жестов и дыхания. Ни одного резкого движения, ни одного лишнего шага. Всё плавно, спокойно, красиво.
Я ловлю себя на мысли, что со стороны мы, должно быть, выглядим особенно слаженно.
Левицкий снова закручивает меня, на этот раз медленнее, словно намеренно растягивая момент. Я чувствую, как он удерживает меня уверенно, не давая потерять равновесие. Его движения не меняются — такие же спокойные и точные, как и в предыдущие годы, но ощущаются иначе.
Музыка постепенно идёт к концу. Мы замедляемся, движения становятся ещё мягче. Последний поворот, шаг, и мы замираем друг напротив друга.
Аплодисменты накрывают зал, но я всё ещё ощущаю на талии тепло его руки.
Этот медленный танец мы танцевали каждый год.
И именно сейчас он кажется особенно изящным и запоминающимся.
Я вся дрожу, когда смотрю на Левицкого: на его тёмные глаза, на губы. По телу прокатывается волна адреналина, горячая и пугающая, и я с болезненной ясностью понимаю, что хочу поцеловать этого придурка.
А он спокоен. Слишком спокоен.
Левицкий стоит напротив с ровной осанкой и расслабленным выражением лица, будто внутри него ничего не происходит.
Его взгляд уверенный, сдержанный, без тени смятения — словно этот танец и близость не оставили в нём ни малейшего следа. Вадим дышит спокойно, не отводит глаз, не делает лишних движений.
Это делает только хуже.
Моё желание нерациональное и отвратительное. Оно не должно существовать. Но оно настолько убийственно сильное, что мне приходится буквально заставлять себя совладать с собой.
Я резко отвожу взгляд, будто он может прочитать мои мысли, и начинаю искать глазами Надю.
Напоминаю себе, что Вадим не свободен. Что он имеет романтические отношения. Что это ужасно — хотеть что-то от парня, у которого есть девушка.
Я снова влюбляюсь в занятого человека. И снова, шаг за шагом, подбираюсь к той же самой ошибке.
Староста благодарит нас за танец, её голос доносится будто сквозь шум в голове. Я разворачиваюсь с напускной грацией, стараясь выглядеть спокойной, и ухожу от своего греха, словно от чего-то запретного.
Проходя мимо, я машинально забираю у официанта бокал пунша, даже не задумываясь, зачем он мне сейчас.
Дорогие мои читатели!
Поздравляю вас со всеми праздниками сразу — Новым годом, Рождеством и всем, что делает этот зимний период волшебным! Пусть в ваших домах будет тепло, уютно и много поводов для улыбок.
Мы с вами уже прошли целую треть книги! Это невероятно, правда? Мне очень важно, что вы идёте со мной по этому пути, знакомитесь с героями, переживаете их эмоции и, надеюсь, смеётесь и грустите вместе со мной.