— Ненасытная девочка.
Люсьен подтолкнул ее вперед, чтобы дать ей то, чего она так хотела, в кратчайший срок. Он растягивал все это так, чтобы заставить ее извиваться, но не давал кончить. Мужчина был ее небесным мучителем, двигая жужжащей головкой вибратора вверх и вниз по ее промежности, но не давая ей то, что нужно.
— Ты хочешь, его внутри своего влагалища, Софи? — он позволил кончику головки проникнуть внутрь нее.
— Да, — выдохнула она, ужаснувшись от того, что его грубые слова возбуждали ее еще больше. — Да, — девушка была в отчаянии, желая почувствовать себя наполненной.
— Принцесса, — прошептал Люсьен ей в волосы.
Затем ввел в нее пульсирующий вибратор одним долгим, томительным толчком. Софи застонала от удовольствия, не в силах отвести глаз от его рук, которыми он управлял серебряной рукояткой игрушки. Она начала дрожать, всем телом трястись от удовольствия, которое пробирало ее до костей. Люсьен держал ее на грани, которая отделяла от заветного оргазма, и вместе с тем, своим взглядом и руками вселял в нее смелость, чтобы она ради него зашла дальше, чем когда-либо в своей жизни.
— Да ... да ... — простонала Софи.
Он протолкнул вибратор глубже внутрь, до упора, затем повернул рукоятку, пока стимулятор клитора не достиг ее заветного местечка. Найт продолжал удерживать его там.
— Черт, да, — прошептал мужчина. — Посмотри на себя, — ее тело начало дрожать. — Наблюдай за собой, Софи.
Он широко расставил ее ноги, и продолжал стимулировать клитор, когда она стала извиваться от интенсивности ощущений, благодаря которым стала биться в конвульсиях, достигнув апогея наслаждения. Девушка услышала, как кто-то закричал от удовольствия, и ей потребовалось несколько долгих минут, чтобы осознать, что это была она. Ее тело взяло контроль над ее сознанием. Она поняла, что бессильна сражаться. Люсьен Найт был диким, и ей это нравилось.
Софи упала в объятия Люсьена, когда он склонил ее к своей груди. Ей нужно было какое-то время не двигаться, чтобы ее сердце перестало стучать так быстро, а тело дрожать.
Что она делала? Ее обдало волной жгучего стыда, и девушка закрыла глаза, чтобы не видеть изображение обнаженной девушки в объятиях чужого мужчины. То, что выглядело таким эротичным еще пару мгновений назад, теперь смотрелось дешево и искусственно.
Что такого было в этом человеке? Стоило ему только коснуться ее и она теряла рассудок, превращаясь в блудницу, жаждущую его прикосновения. Даже сейчас, с грузом стыда на плечах, Софи не могла ничего замечать вокруг себя, кроме его ошеломляющей красоты. Он не был виноват в том, что ее брак трещал по швам, и как бы он не считал, ее соблазнение не являлось ключом к его исправлению.
Люсьен пошевелился позади нее, но тело девушки казалось слишком тяжелым, чтобы подняться с пола. Она не должна волноваться. Спустя несколько мгновений крепкие руки скользнули под нее и подняли как ребенка, ее щека прижалась к его голой груди. Мужчина подошел к кровати и осторожно опустил ее, затем укрыл покрывалом слегка трясущееся тело и разгладил ее влажные волосы, прилипшие к щекам.
Если бы о не был сейчас настолько нежен, Софи нашла бы в себе силы остановить его, но забота Люсьена сломила ее внутреннюю крепость. Ее чувство стыда и злость улетучились, а на смену им пришло ощущение безграничного спокойствия, а также приятная усталость удовлетворенного любовника. Люсьен успокаивал ее, поглаживая ей волосы, шепча непонятные, неразборчивые слова. Она напрягла слух, чтобы разобрать их, но не смогла, так как слова растворялись и уплывали от нее на крыльях сна. Все, кроме одного.
Принцесса.
Глава 8
Люсьен сидел в кресле рядом с кроватью и наблюдал за спящей Софи. Она отключилась пару часов назад, и клуб, этажом ниже, стал оживать. Спустившись, Люсьен прошелся по этажу и был удовлетворен количеством людей, смелых и ожидающих экстаза, пробивающихся сквозь двери. Мужчина любил их за мужество избегать социальных границ и за смелость быть теми, кем черт возьми, они хотел быть в этом месте, которое он создал.
Клуб «Гэтевей» соответствовал смыслу, который несла в себе вывеска над входом в заведение. Это место было проводником к сексуальной свободе для любого, кто обладал достаточной смелостью, чтобы переступить порог.
Люсьен снова посмотрел на Софи. Она поразила его с того момента, как плавно вошла в его кабинет на каблуках, на которых едва могла стоять, и ошеломила, когда обернувшись к нему лицом, произнесла слова, которые ее унижали. Ее смущение проиграло битву со смелостью, и это впечатлило Люсьена. Эта девушка на восемьдесят процентов была котенком, и на двадцать — львицей, и он считал своим долгом заставить ее рычать. Сексуальное напряжение исходило от нее, сияло, как маяк, и в противном случае, ее настойчивость лишь подогревала интерес Люсьена доказать ей, что она во многом ошибалась насчет себя.
Кроме того, здесь была небольшая загвоздка насчет ее мужа. Если и была на свете вещь, от которой у Люсьена возникали мурашки по коже от негодования, так это мужчина, изменяющий своей женщине. Следователь Найта предоставил все доказательства измены Дэна, которые также подтверждали тот факт, что посторонняя женщина в их браке присутствовала довольно продолжительное время.
Как настоящий мужчина мог так поступить? Как он мог лгать женщине, которой клялся перед алтарем в вечной любви?
Мысли Люсьена омрачнели, когда его голову окутали давно спрятанные воспоминания о душевной боли его матери. Ее единственным преступлением являлась любовь к отцу Люсьена, которую она пронесла вплоть до своей смерти. Совсем одна, за исключением пузырьков от таблеток и скрученной фотографии мужа в руке. Она прожила свою жизнь в тени обмана отца Найта, и по большей части она была уверена, что счастлива. Вплоть до того дня, когда она не могла больше игнорировать это, потому что правда была грубо брошена ей в лицо. В тот день мать Найта решила навестить мужа на работе и застала его трахающим свою секретаршу прямо на офисном столе.
Женщина столкнулась лицом к лицу с отвратительной правдой, и это разбило ей сердце.
Тогда Люсьен был слишком молод, чтобы спасти свою мать, но он был уверен, что Софи не будет втянута в тот же самый цикл разрушений. Она колебалась прямо на грани столкновения с мужем, и Люсьен намеревался привлечь ее к битве.
***
В маленьком гостиничном номере на Крите, Дэн сидел в аналогичном кресле рядом с подобной кроватью и наблюдал за другой спящей женщиной. Что он делает? Это был первый раз, когда он провел более двадцати четырех часов в компании Марии, и реальность быть с кем-то, кроме Софи, нанесла ему удар. Встречи с Марией для тайных обедов и дневных секс-марафонов стали приятными мгновениями в его жизни в течение последних восемнадцати месяцев. С того дня, как они встретились на корпоратив, она не скрывала, что он ей понравился. Женщина кокетничала и вела себя вызывающе. Ей было весело, и ей было все равно, забыл ли он вынести мусор, или бросил свою одежду лежать на полу. Она была соблазнительна в своей необычности и она хотела его. А Дэн не предпринял никаких усилий, чтобы ограничить свой брак от вступления в эту сексуальную связь.