В Англии Софи привыкла к тому, что ее окружали плотные здания и суета городской жизни, но здесь она обнаружила, что действительно могла дышать. Это было обширно, чисто, великолепно и лишено всех, кроме них. Она прижала к лицу мягкий полосатый шарф, что нашла в багажном отделении Люсьена, радуясь его теплу из-за холода в воздухе. Даже под широким синим небом и бледным, водянистым солнцем нельзя было отрицать, что арктический воздух «щипал» более, чем достаточно, чтобы сделать щеки розовыми, а незащищенные пальцы холодными.
Она тщательно одевалась, с осознанием прощальных слов Люсьена, когда тот оставил ее после завтрака. Девушка размышляла над тем, чтобы бросить ему вызов и все-таки надеть трусики, минимум дважды, надевая их и снимая, прежде чем принять окончательное решение.
Софи остановилась на удобных джинсах со своим любимым супер-мягким, с напуском, черным свитером, а затем добавила мягкую красную лыжную куртку и зимние шерстяные брюки из комнаты Люсьена. Она оставила свои волосы распущенными и сделала минимальный макияж — чуть-чуть туши для ресниц и блеск для губ. Эта среда являла собой саму естественность, и Софи охотно этому подчинялась.
Люсьен также был одет по погоде, хотя, даже зимнюю одежду он сумел сделать сексуальной. Выцветшие джинсы обнимали его стройные мускулы, а черная ветрозащитная куртка подчеркивала его золотую кожу и стальные глаза.
Он повернулся, чтобы посмотреть на нее.
— Сюда, — мужчина потянулся к ее руке и повел в лес, листья и ветки потрескивали под весом их ботинок.
— Мы направляемся в какое-то особенное место? — спросила девушка, когда они углубились в полог деревьев.
Люсьена скривил рот.
— Да.
— Это секрет?
— Нет.
Софи закатила глаза. Похоже, они играли в «да/нет».
— Это не секретное место намного дальше?
В ответ Люсьен положил руку ей на спину и подтолкнул вперед. Софи обнаружила, что выходила из-под покрова деревьев на круговую поляну. Солнечный свет падал на стеклянную поверхность бассейна в ее центре, но именно от впечатляющего водопада у девушки перехватило дыхание. Кристально чистый, он струился по скалистой каменной поверхности, что возвышалась по краю поляны, его всплеск — музыка в тихий день.
Это был мистический каскад из всех сказок, которые она любила в детстве; волшебная, тайная поляна.
— Я бы не удивилась, если бы Гензель и Гретель прямо сейчас вышли из леса, — пробормотала она очарованно.
Не то, чтобы было ощущение детства из-за мужчины стоявшего рядом с ней или, ощущений возникших между ног Софи, из-за трения джинсов, надетых без трусиков под ними.
— Здесь кроме нас никого нет, Принцесса.
Софи схватила протянутую руку Люсьена, когда он повел ее к кромке воды, настолько ясной, что она могла видеть камни на дне бассейна и крошечную рыбу, метавшуюся близко к поверхности. Девушка наклонилась и провела пальцами по ледяной воде.
— Ты же не планируешь снова искупаться нагишом, правда? — спросила она. — Потому что, хоть это и великолепно, ты все равно меня не заставишь туда окунуться.
— Расслабься, плавать необязательно.
Они обошли поляну и остановились возле водопада. Софи смотрела на него, словно загипнотизированная, но когда подняла лицо, чтобы заговорить с Люсьеном, выражение его лица стерло слова, которые она собиралась произнести вслух.
Он был не здесь, где-то далеко, и куда бы его ни забрали воспоминания, это вряд ли было счастливое место.
Девушка осторожно подняла руку, чтобы коснуться его прохладной щеки, и обнаружила, что он такой же каменный, как фасад скалы позади него.
— Ты мысленно далеко отсюда.
Его глаза были омрачены эмоциями, когда он посмотрел на нее сверху вниз.
— Нет, я был здесь, просто мыслями в другом дне.
— Тогда это твое обычное место посещения? Не говори мне... это то место, куда ты приводишь всех девушек? — Софи хотела сдуть мрачные тени с его глаз, надеясь, что он улыбнется в ответ на ее поддразнивания.
— Я не был здесь почти двадцать лет.
— Тогда, это детское убежище?
Девушка увидела, как Люсьен отбросил эмоции, и своеобразный хищный свет заменил тусклость в его глазах.
— Слишком много вопросов, мисс Блэк.
Он прислонил ее к ближайшему дереву и опустил голову, его поцелуй был горячим и тяжелым на ее губах. Люсьен скользнул языком в ее рот, меняя его от чувственного к сексуальному, пока умелыми пальцами разматывал шарф у нее на шее, освобождая кожу для поглаживания и следующего поцелуя.
Охваченная его внезапной сменой настроения от созерцательного на сексуальное, Софи не заметила ничего необычного в том, что он соединил ее руки за стволом дерева. Только почувствовав, что ее запястья затянули шарфом, девушка поняла, что что-то происходило.
Он привязал ее к дереву. Инстинктивный рывок вперед показал, что Софи была крепко к нему привязана.
Глава 27
— Подходящее ли сейчас время, чтобы сказать, что я был бойскаутом? — спросил Люсьен.
Почему-то, это не звучало правдоподобно.
— Почему ты привязал меня к дереву? — поинтересовалась Софи.
Он снял шерстяную шапку с ее головы и расстегнул молнию ее куртки.
— Это игра.
— Игра?
Найт кивнул.
— Тебе понравится, — он отбросил ее волосы ей за плечи, и поцеловал в шею. — Она называется «Давай покажем Софи, насколько она красива».
У нее перехватило дыхание.
— Люсьен...
Мужчина поднял ее свитер, и свежий холодный воздух ударил Софи по животу, затем он наклонился и поцеловал ее пупок, и все, что она почувствовала — был жар.
Найт выпрямился и снова поцеловал ее в приоткрытые губы, лишив дыхания.
— Твой муж тебе изменяет.
Софи нахмурилась, ошеломленная странным сочетанием серьезного утверждения с сексуальной стимуляцией.
Он поднял ее свитер выше, выставляя лифчик. Его взгляд опалил ее кожу, даже когда воздух до этого ее охладил. Наклонившись, мужчина накрыл грудь Софи руками.
— Должен ли я его убить?
Он ущипнул ее за соски, напрягшиеся от холодного воздуха и желания. Софи начала извиваться, но мягкий шарф быстро сдержал ее порывы.
— Нет! — она надеялась, что Найт пошутил. Пошутил ли? — Люсьен, мы должны об этом говорить, пока я привязана к дереву?
— Да, — он стянул кружевные чашки ее телесного лифчика вниз, обнажая соски. — Глупый ублюдок не ценит тот факт, что у тебя идеальные сиськи.
Он опустил голову и пососал сначала один тугой бутон, затем другой. Люсьен крепко прижался к ней своим горячим ртом, а холодный ветерок на ее влажной плоти лишь усилил невероятные ощущения.