Найт провел руками по своему лицу. Он пришел сюда, потому что ему нужно было поговорить, а слушать больше было некому.
Что он делал с Софи Блэк? Почему он пытался спасти ее? Какого черта он думал, что был Найтом по имени и таким же рыцарем по натуре (прим пер.: фамилия главного героя в оригинале «Knight» что в переводе с английского — рыцарь)? И если это было так, то почему Люсьен все больше и больше чувствовал, что это она спасала его, а не наоборот?
Даже не пытаясь, Софи проникла под его кожу настолько сильно, что многим безупречным и хищным красоткам, которые раньше населяли его жизнь и постель, этого никогда не удавалось. Ее мягкость и храбрость поразили его до чертиков, и, когда мужчина проснувшись, обнаружил ее спящей в своих объятиях, оказалось, что он все еще испытывал постоянную потребность вставать и сражаться дальше.
На секунду он закрыл глаза в безмолвном воспоминании, а затем повернулся и ушел.
Глава 30
Все вскрикнули и решили с пользой провести последние часы. Софи вернулась в спальню Люсьена и заметила записку, которую он положил на тумбочку.
«Я зажег для тебя саунариум. Попробуй. Думаю, тебе понравится».
Софи вернулась в ванную с запиской в руке. Саунариум? Это то же, что и сауна? Вчера она заметила деревянную дверь, но в многоуровневой обшитой комнате было прохладно и сухо, когда она заглянула внутрь.
Там уже больше не было прохладно.
Она посмотрела на белое пушистое полотенце, обернутое вокруг ее тела. Ее собственная личная спа-сессия являла собой слишком хорошую возможность, чтобы от нее отказываться. Софи схватила стакан холодной воды и вошла внутрь, мгновенно почувствовав окружающее тепло. Она была рада, что благодаря умному сочетанию тепла и влажности, могла легко дышать. Так что саунариум был чем-то средним между сауной и парной, поняла она. Доверься Люсьену, чтобы получить лучшее из обоих миров.
Софи вдохнула через нос и через рот, затем уселась в угол нижней скамьи напротив двери. Все ее тело было наполнено теплом, как будто теплое солнце целовало ее кожу. Низкие огни горели в потолке, превращая комнату в блаженный кокон.
С губ Софи сошел вздох удовольствия, когда она откинулась назад и захотела расслабиться. Ее полный слез сеанс в ванной оказался катарсическим на многих уровнях. Она плакала от сожаления по поводу потери доверия в собственном браке и от грусти, из-за растоптанных надежд на вечную любовь с Дэном. Она наконец сняла свои розовые очки и, уже завтра, она была готова схватить свою жизнь за шею и сильно потрясти. Она понятия не имела, куда упадут обломки, но отказалась позволить себе быть запуганной страхом перед неизвестным.
Разве эта неделя не показала ей, что жизнь может быть полнее и лучше, чем она могла себе представить? Этот фэнтезийный перерыв с Люсьеном не был реальной жизнью, и все же было бы ложью и просто медвежьей услугой отрицать, что каждая минута вместе была чем-то иным, кроме как захватывающего дух мгновениями.
Тем не менее, она понятия не имела, как она сможет продолжать работать на него после этой недели. Он представлял собой самого харизматичного и невероятного мужчину, которого она когда-либо встречала ― мечта каждой женщины, но жизнь с ним была похожа на то, как будто ее нога застряла на ускорителе. Он лишил ее дыхания и вскружил голову, делал с ее телом вещи, о существовании которых она даже не подозревала. Она едва знала его, но он, казалось, знал ее наизусть.
Она выбралась из ванны и, как змея, сбрасывающая кожу, оставила старую Софи позади. Девушка, смотрящая на нее в испаренном зеркале, была совсем другой ― с блестящими глазами, готовая раскачивать свой собственный мир.
Софи глубоко вздохнула, расслабившись на скамейке в сауне. Ее тело было теплым вплоть до самых костей. Горячее, на самом деле. Она открыла глаза и посмотрела на свое полотенце, затем снова подняла взгляд на дверь. Она была уверена, что никто не зайдет сюда, кроме Люсьена, а он все еще преследовал свои таинственные цели в бизнесе. Ее пальцы схватили полотенце под руками, и, бросив последний взгляд на дверь, она развернула его и позволила ему раскрыться на скамейке.
Она была обнажена в саунарии Люсьена.
Вдруг, Софи почувствовала себя незащищенной, хотя была одна. Софи сделала большой глоток холодной воды и откинула со лба влажные волосы.
Мысли о Люсьене в лесу уже ранее незаметно проникли в ее разум, когда она закрыла глаза. Ее запястья все еще покалывали в тех местах, где он ее связал, а тело все еще горело желанием от воспоминаний об оргазмах. Она посмотрела на свое тело, покрасневшее, влажное и блестящее, и подумала, что она сделает, если Люсьен откроет дверь в этот самый момент.
Схватит ли она полотенце, чтобы прикрыться, или пригласит его внутрь? Легко. Ее чувство ультра-расслабления медленно превращалось в нервное возбуждение, когда она представляла Люсьена. Да, она вполне могла представить, как он использует эту комнату ... большую, бронзовую и обнаженную. Ее ладони погладили длину каждой из ее влажных рук, а затем легонько опустились на ее груди при мысли о раздетом Люсьене.
Она закрыла глаза и помассировала собственную теплую плоть, скользкую и блестящую от влажного тепла. Ее соски достигли пика под скользящими большими пальцами, отпечаток рта Люсьена, застрявший над ними в лесу тем утром, запечатлелся в ее памяти. Она вздохнула, положив голову назад на ступенчатую деревянную скамью позади нее, захваченную горячим воспоминанием о руках Люсьена на ее теле. Этот маленький стон благодарности, который он низко сжал в своем горле, когда обнаружил, что она повиновалась его приказу оставить свои трусики дома. То, как он облизал ее губы, когда сунул руку в ее джинсы и обнаружил, что обнажает ее половые губы. Теперь она сама обхватила его, отражая его действия, чтобы воссоздать пульс ожидания между ее ногами.
Софи зажала губу между зубами и тихо ахнула, когда засунула пальцы в свои гладкие складки ― одно колено поднялось на скамейке.
Она была такая теплая и такая открытая, полностью погруженная в свою личные повторные воспоминания утренних событий у водопада. Господи, он связал ее, это любой мог увидеть. Ее пальцы искали клитор, когда она вспомнила Люсьена на коленях, подталкивающего язык к ее промежности. Он облизал ее здесь ... казалось, что это так ... Софи выгнулась, когда коснулась себя. Ее пальцы были такими же настойчивыми, как ловкий язык Люсьена. Она крепко зажмурилась, когда ощущения усилились.
― Нужна рука, Принцесса?
Она вскрикнула от удивления, когда ее глаза распахнулись, а пальцы отскочили от тела. Она была слишком далеко, погруженная в свои мысли, чтобы заметить, как открылась дверь. Она должна быть огорчена ― старая Софи наверняка была бы ― но он был голым, и расплавленный жар в его глазах приказал ей не быть расстроенной, как и прямой изгиб его члена напротив его твердого, гладкого живота.