– Так кому мне надо звонить?
Молодой человек, казалось, удивился.
– Вы должны сделать телефонный звонок. Таковы правила.
– Правила? Какие ещё правила?
Женщина за соседним столом положила передо мной несколько листов бумаги.
– Не могли бы вы расписаться за ваше личное имущество, мисс Линг? Вы были без сознания во время слушанья. Или мне подойти к вам попозже?
Я пробежала глазами по листку бумаги, который содержал список всех имевшихся со мной вещей: бумажник, три паспорта, мобильный телефон, кучка денег, жевательная резинка, два ключа и маленькая золотая фигурка.
Я торопливо проверила внутренний кармашек своего корсажа. Золотой амулет отсутствовал. Странно, что они забрали его, и оставили маленький ножичек, пристёгнутый к моей лодыжке. Впрочем, я не собиралась указывать им на это их упущение.
– Где находятся мои вещи? – озабочено спросила я. Вдруг Портер понял, что я блефовала, и как раз сейчас он на пути к амулету?
– Имущество заключённых помещается в хранилище, – ответила она, выдёргивая у меня из рук бумагу.
– А оно надёжное? В смысле, по-настоящему надёжно?
– Это хранилище L’au-delà! – возмутилась она. – В него никто не вторгался уже как минимум век.
С облегчением вздохнув, я поставила свою подпись туда, куда она указала.
– Осуждённые могут подать прошение на возврат вещей, признанных не опасными.
– Осуждённые? – Моя голова разболелась с новой силой. Я потёрла лоб, пытаясь разобраться, что вообще происходит. – Я была осуждена?
– О, да, – подтвердила секретарша. – Немного ранее, когда вы предстали перед комитетом. Вам предъявили обвинение, его рассмотрели и вынесли по нему приговор. А теперь, если вы подпишите эти документы, я смогу начать процесс по вашему перемещению в Акашу.
– В Акашу? – Я чувствовала себя попугаем, всё повторяя за ней, но ничего не могла с этим поделать, так как пребывала в полном замешательстве. Кровь в моих жилах похолодела при мысли об Акаше, месте, которое смертные именуют лимбом – именно сюда попадают изгнанные демоны и все, кого постигла та же участь. Пребывание в нём подобно вечному небытию в сочетании с непрекращающимися муками – наказание настолько ужасное, что ему подвергаются только совершившие самые тяжкие преступления… ну или те, кто вывел из себя глав комитета.
И эта женщина хочет, чтобы я собственноручно подписала бумагу, отправляющую меня туда?
– Не дождётесь, – громко произнесла я, схватив телефонную трубку. Я не задумывалась кому звонить; вытащила карточку с номером мобильного Габриэля и набрала код страны и телефон.
– Я с превеликим удовольствием поговорил бы с вами, – заверил меня мягкий голос Габриэля, – но, к сожалению, не могу сейчас ответить на звонок. Пожалуйста, оставьте сообщение.
Мне захотелось разреветься, прямо там, перед всеми этими людьми, но как я уже не раз упоминала – я не плакса.
– Это я. Э-э… Мэй. Я в Париже, и, по всей видимости, пока я была без сознания, комитет приговорил меня к изгнанию в Акашу. Буду весьма признательна, если ты сможешь с этим что-нибудь сделать до того, как меня отошлют туда. – Я продиктовала номер, записанный на телефонном аппарате, и повесила трубку, чувствуя, как меня охватывает отчаянье.
– Значит ли это, что вы отказываетесь подписывать документы? – спросила секретарша, недовольно поджав губы.
– Именно так. Я не буду ничего подписывать, пока их не проверит мой… э… виверн.
Она забрала бумаги и двинулась обратно к своему столу, бормоча что-то о неразумных людях, которые понятия не имеют об объёме работы, который ей приходится делать.
Тей сочувственно посмотрел на меня, после чего проводил обратно в камеру, позволив на обратном пути воспользоваться ванной комнатой.
– На окнах стоят решётки, – уведомил он, когда я входила в ванную, и они действительно там были. Воздуховод был слишком узким, чтобы я смогла пролезть через него, потолок покрывала твёрдая штукатурка, решётки открывающие доступ в вентиляционную шахту отсутствовали, так что выбраться отсюда кроме как через дверь, за которой стоял Тей, было невозможно.
Я вздохнула, воспользовалась ванной и помолилась всем богам, которых смогла вспомнить, чтобы Габриэль успел проверить свою голосовую почту до того, как меня отошлют в Акашу.
Глава 15
Без понятия, сколько времени я просидела в пустой душной камере, куда меня препроводил Тей. Не знала я и сколько находилась в мире теней – но очевидно достаточно долго, учитывая, что они успели устроить слушание и вынести приговор. Хотя почему никто не удосужился привести меня в чувство для участия в этом действе – вопрос, конечно интересный. Впрочем, я подозревала, что ответ мне не понравится.