Он всегда появлялся на людях исключительно в хорошо сшитом костюме и до блеска начищенной обуви, однако вместо брюк и пиджака сейчас на нем были джинсы и теплый пуловер. Такая одежда прибавляла ему несколько лет и килограммов и превращала в обычного стареющего мужчину. Хотя, вполне возможно, дело было не в одежде, а в крайне напряженном выражении лица и глубокой складке между бровями. Интересно, почему он не в мэрии в разгар рабочего дня?
Увидев Максима, Подгородцев тут же направился к нему.
— Максим Александрович, добрый день! — он первым протянул ему руку, которую Максим, еще не оправившись от удивления, пожал.
— Добрый день.
Что здесь нужно мэру? Они встречались всего один раз, когда тот перед журналистами на камеру вещал о том, как он рад, что в их город приезжают и начинают здесь свое дело жители крупных городов. Максиму тогда показалось, что речь мэру писал кто-то из помощников, а сам он даже не знает, как зовут этого приехавшего. И уж точно Максим не думал, что мэр в курсе, где он живет.
— Нам нужно поговорить кое о чем очень важном, — объявил Подгородцев, и Максим внезапно понял, что разговор будет не только важным, но и секретным. Только этим он мог объяснить такой внезапный визит главы города. Но о чем может быть этот разговор, не мог даже предположить.
— Проходите, — он кивнул на дом, но Подгородцев покачал головой.
— Давайте поговорим здесь, — он показал на мастерскую, наверное, не подобрав правильного слова для того, чтобы дать ей название: со стороны она выглядела обычным сараем. — Не хочу сильно отвлекать вас от работы. Заодно посмотрю, как вы устроились.
Максим пожал плечами, посторонившись, чтобы Подгородцев мог пройти. Тот вошел, не скрывая любопытного взгляда, хотя Максиму и казалось, что его мысли заняты чем-то другим. Прошелся вдоль выстроившихся в ряд двенадцати стульев, которые уже были готовы и дожидались своей очереди на покраску, потрогал рукой лежащие возле другой стены заготовки для следующей партии.
— Ну что ж, вижу, вы потратили деньги с толком, Максим Александрович, — резюмировал Подгородцев. — Я не прогадал, поставив на вас. Местные не смогли бы сделать из старого сарая такую, не побоюсь этого слова, мастерскую. Не хотите расшириться? Я выбью для вас кредит, может быть, под приличное производство мест на десять. Возглавите его.
— Спасибо, мне пока хватает этого. Что-то случилось, Антон Степанович? — осторожно поинтересовался Максим, решив не ходить вокруг да около. — Вы ведь не мастерскую мою приехали смотреть?
— Случилось, — мэр кивнул, затем наконец отошел от болванок и посмотрел на него, сцепив руки перед собой в замок. Максим с удивлением заметил, что он нервно перебирает пальцами, как будто волнуется. — Первым делом я попрошу вас, чтобы этот разговор остался между нами.
Максим кивнул, удивившись еще сильнее.
— Вы знакомы с моей женой?
Едва ли во всем городе нашелся бы человек, который не знал жену мэра. Инга Подгородцева была младше своего мужа лет на тридцать и обладала поистине удивительной красотой. Медно-рыжие натуральные волосы, спадающие идеальными локонами до самого пояса, большие желто-зеленые глаза пантеры, ровный контур губ, бронзовая кожа, тонкие запястья, грудь третьего размера, бесконечные ноги — все это наверняка являлось в эротических снах не одному мужчине в городе. Инга смотрела на жителей городка с баннеров, рекламных вывесок и больших билбордов. Она занималась благотворительностью, помогала алкоголикам и наркоманам попасть на реабилитацию, бомжам обрести хотя бы временное пристанище, организовывала поездки в детские дома и даже лично спонсировала стройку приюта для животных — невиданное дело в таких провинциальных городах.
В общем, Инга Подгородцева была намного ближе к народу, чем ее муж.
— Лично не доводилось, — осторожно ответил Максим. — Но, конечно же, я много раз видел ее по телевизору и в газетах.
Подгородцев важно кивнул, словно такого ответа ему было достаточно.
— Дело в том, что… — Он на секунду замялся, собираясь с мыслями. — Инга пропала.
— Что вы имеете в виду? — переспросил Максим, прекрасно зная, что часто люди подразумевают под этим абсолютно разные вещи.