Немного выбивалось из этой картины только мусорное ведро. Точнее, шкаф под мойкой, где его обычно хранят. Едва открыв его, Дима увидел батарею разнообразных пустых бутылок: здесь были бутылки и от дорогущей водки и коньяка и те, которые продают в местном магазине меньше чем за сотню под названием «Вино плодово-ягодное».
— У нашей дамочки, похоже, была вечеринка, — громко прокомментировал Дима, поскольку Максим в этот момент все еще возился в спальне. — Это объясняет и цветы. Как думаешь, может, у нее был какой-то праздник, где все и произошло?
— Едва ли. Цветы уже засохли, значит, стоят давно.
Максим появился на пороге кухни, мельком взглянул на бутылки.
— Скорее, похоже на то, что они собирались не один день, их просто никто не выбрасывал. Возможно, иногда у хозяйки были деньги на более дорогой алкоголь, а иногда она пила то, что подешевле. Или же зависело от того, кто был в гостях.
— Что стало с этим миром? — покачал головой Дима. — Учительница — и алкоголичка.
— Можно подумать, раньше такого не было, — хмыкнул Максим.
Дима ненадолго задумался, а затем согласно кивнул.
— Что ты нашел в спальне?
— Ничего интересного, — вздохнул Максим. — Из литературы вообще только учебники и методички, немного классики. Никаких книг по эзотерике, если ты об этом.
Дима снова кивнул.
— Не понимаю, что за странный круг возле тела. Ирина говорит, что он недавнишний, не старый. Значит, лежит она в нем не просто так.
Максим не успел ответить, поскольку в кармане завибрировал телефон. Да и ответить ему, собственно, было нечего. Увидев имя дочери на экране, он торопливо вышел сначала в коридор, а затем и на порог, где все еще курил, глядя в темноту, патологоанатом Костя.
— Да, Ян.
— Пап, а ты скоро вернешься? — по голосу Яны было совершенно непонятно, какой именно ответ понравится ей больше.
Максим спустился вниз и отошел чуть дальше от порога.
— Пока не знаю, я немного занят. Ужинай сама, меня не жди.
— Ну ладно, — протянула Яна, и прежде, чем она положила трубку, Максим спросил:
— Ян, кто у тебя ведет русский язык?
— Марина Петровна, — теперь в ее голосе появилось удивление. Отец редко интересовался школьной жизнью. — То есть вела.
— Почему вела?
— Потому что сегодня к нам на урок уже пришла Елизавета Николаевна, которая инглиш преподает, и сказала, что будет заменять Марину Петровну. Ее уже и вчера не было. А почему ты спрашиваешь?
— Да так, — уклончиво ответил Максим, но от Яны не так-то просто было отделаться.
— Ну, па-а-ап, ну, скажи, — занудила она. — Она умерла?
— Почему ты так решила? — Его всегда удивляла проницательность Яны.
— Потому что она и раньше бухала, но никогда еще замену нам не ставили. Просидим урок тихо, а назавтра она уже в школе. А тут два дня нет.
Все равно ведь узнает.
— Умерла, — коротко сообщил он и тут же добавил: — Но только пока молчок, поняла?
— Поняла! — в голосе дочери прорезался испуг напополам с интересом. — А как?
— Ян, неуместное любопытство. Скажи лучше… — Максим осекся, подбирая правильные слова. — Марина Петровна не увлекалась мистикой, эзотерикой или чем-то таким?
— Не припомню такого. По-моему, она, кроме Достоевского и дешевого вина, ничем не увлекалась. Пап, а она сама умерла или ее убили? Убийство ритуальное, да? Ты поэтому про мистику спросил?
— Яна!
В глубине души Максим не мог отрицать, что из дочери действительно мог бы получиться следователь. Наверняка лучше, чем был он. Она умела подмечать детали и делать правильные выводы. Причем быстро.
— Ну, пап, ну, скажи! И я отстану.
— Мы не знаем, — сдался Максим. — Ран на теле нет, но и на самоубийство это не очень-то похоже. И кое-какие следы ритуала действительно есть.
— Ритуалы обычно сопровождаются реками крови, — задумчиво протянула его неугомонная дочь.
— Яна, ты обещала, — напомнил Максим, твердо пообещав и себе, что больше не скажет ей ни слова. — Я тут немного помогаю, поэтому вернусь, наверное, поздно. Не засиживайся долго, ложись спать. Ты уроки сделала?
— О-о-о, начинается! Пока, пап!
Яна сбросила звонок, чем заставила Максима улыбнуться. Несмотря на сложности в характере из-за плохой наследственности и переходного возраста, училась Яна хорошо, поэтому он редко действительно проверял ее домашние задания, но вопрос задавал всегда, что неизменно вызывало ее смешки.
Он обернулся к дому, заметив на пороге теперь уже не только патологоанатома, но и Диму. Последний махнул ему рукой.
— Сейчас доверенное лицо Подгородцева привезет запасные ключи от «Лексуса», проведем осмотр, — сообщил Дима. — Так что далеко не уходи.