На некоторых дверях были начертаны руны. Денет замедлил шаг и спросил шедшего позади Сову:
- Зачем это?
- Руны? Для успокоения тех, кто их туда посадил. Если человек за дверью и маг, то вряд ли сильный. Обученного чародея эти рисунки не остановят.
- А есть руны против… меня?
- Те же, что и против Дейны.
- И какие же против меня есть руны? - девушка заинтересованно обернулась.
- Об этом надо спросить того, кто в этом понимает. Я знаю лишь то, что если любой из вас ступит на морозную руну, то превратиться в замороженное мясо. Мертвое замороженное мясо.
Дейна наигранно поежилась:
- Значит, надо смотреть, куда наступаешь.
- Значит, не надо ссориться с магом, если на твоей стороне нет кого-то способного почуять руну. Это эти, - Гестер кивнул в сторону очередной двери, - нарисованы белой краской на темном фоне. Помнится, через пару лет после окончания всеобщей войны тогдашний правитель Таробана закатил пир и во всеуслышанье объявил, что в его городе с магической ересью покончено. А потом посреди зала вступил в невидимую глазу руну, специально для него начертанную. Всех высокопоставленных гостей забрызгало его кровью, мозгами и всем сопутствующим.
- Спасибо за яркое описание, - в этот раз Дейну передернуло на самом деле.
- Пожалуйста. Смотри под ноги.
- Мы пришли, - начальник тюрьмы остановился, отошёл в сторону и предложил гостям самим заглянуть в открытую камеру.
Мастер жестом велел всем остаться снаружи и уверенно вошёл внутрь. В тишине были отчетливо слышны его шаги по каменному полу, звук мерно капающей воды и треск горящего факела в руках стражника. Девушка нервно переминалась с ноги на ногу и несколько раз порывалась войти следом, но Сова положил ей руку на плечо и посоветовал не дергаться, а ждать.
Когда Нейтель вернулся к спутникам, он устало сказал:
- Гестер, бери Дейну с собой и мигом за мастером мертвых. Проследи, чтобы он взял тот набор, что я ему подарил. Он поймёт. Дейна, будь добра - встреть гостя. Он должен будет как раз добраться к моему кабинету в Цитадели. И проводи его ко мне домой.
- Что с Клаем? - девушка подошла к мастеру почти вплотную.
- Мертв. Похоже, решил убить себя. Но точно скажет мастер Игион.
- Проклятья на твою голову, Ней! Я говорила, что нельзя было ждать! Он был у нас в руках! А теперь… - девушка прижала руку ко лбу, отошла и прислонилась к стене.
- А теперь он мертв, как ты и хотела.
- Я хотела прирезать его сама! Или посмотреть, как он будет болтаться в петле! А из-за тебя он просто мертв! Сделал так, как ему хотелось! Как ему проще…
- Гестер, забери ее отсюда, - коротко бросил мастер и вернулся в камеру. Его лицо не выразило эмоций, но Денет был готов поклясться, что его шеф в бешенстве. Причиной ли тому реакция Дейны, он не был уверен.
13
«Данный документ считать официальным разрешением обладающему им свободно передвигаться по территории Таробана» (из письма к собирателю чудес Седдоку. Подписано мастером Нейтелем).
Клай, одетый в серые тюремные одежды, лежал лицом вниз на полу, вытянувшись вдоль стены. Его рука продолжала сжимать кусок металла, которым он перерезал, а точнее разорвал, себе горло. Денет присел возле тела и поразился тому с каким пугающим спокойствием его новая сущность относится к происходящему. Нейтель велел стражникам выйти и спросил:
- Что ты видишь?
- Тело, - юноша пожал плечами. - Закрытую камеру. Кусок металла.
- Нет, - мастер покачал головой, - прислушайся к себе. Что тебе здесь не нравится?
Денет с сомнением посмотрел на шефа, но задумался. Камера, холодный каменный пол, мертвый человек…
- Здесь чувствуется дух магии. Глупо звучит, но я не знаю, как ещё выразить. Воздух вязкий.
- Именно, - мастер кивнул. - Этой ночью здесь кто-то колдовал.
- Вы считаете, он не сам себя убил?
- Кажется, как будто сам. Но Клай не был магом, а «дух магии», как ты выразился, так и стоит. Значит, или здесь должен быть амулет, а я его пока не вижу, или кто-то очень сильный проник на Остров ночью. Не будем предполагать, пока мастер Игион не приедет.
Нейтель отошёл и всмотрелся в крошечное решетчатое окно, сквозь которое виднелся небольшой кусочек голубого неба. Эта часть тюрьмы смотрела в сторону южных островов. И хотя формально они находились под землёй, свежий воздух был на расстоянии вытянутой руки, сквозь толстую каменную стену. Денет подумал было, что в таком месте самоубийство - не худший выход. Уж всяко лучше, чем годами вглядываться в голые стены или это маленькое, кажущееся издевкой, окно. Но юноша знал, что даже здесь есть шанс выбраться, пусть его придётся ждать и выискивать долгое время.